В 8 часов 45 минут 12 января 1943 года была подана команда «Огонь».

Противник принимает экстренные контрмеры. Полетел в воздух лед, подорванный фугасами. В то же время на Неву обрушился яростный огонь немецких орудий.

Советская артиллерия накрывала и подавляла гитлеровские батареи. Она два с половиной часа вспахивала, взламывала и крошила вражескую оборону. Оглушенные и ослепленные гарнизоны гитлеровцев выли в своих бетонированных конурах. Надо было в полной мере воспользоваться моментом.

В 11 часов взвилась серия зеленых ракет, и громовой залп гвардейских минометов возвестил начало атаки. Пехота бросилась на штурм немецких укреплений.

– На лед! – раздался зычный голос старшего лейтенанта Шолохова.

– На лед! В атаку! Ура! – эхом катилось по правому берегу Невы.

Первыми бросились на лед дивизионные штурмовые отряды. За ними устремились цепи пехоты. Люди с баграми, досками, штурмовыми лестницами, с веревками и кошками карабкались по глыбам льда, кровявя его.

В стереотрубу отчетливо видно, как некоторые воины, будто на крыльях, перемахнули Неву. Перед ними отвесной ледяной стеной встал крутой

12-метровый берег, сплошь заминированный, опутанный колючей проволокой.

Трудно передать волнение, с каким мы наблюдали с командного пункта за развертыванием событий. Иногда казалось, что цепи наступавших остановились. И тогда вместе с ними останавливалось сердце.

А враг начинал приходить в себя. Весь берег, все амбразуры немецких дотов изрыгали огонь. Подавить все бронированные огневые точки мы были не в силах. От самого правого фланга наступавших до самого левого бушевало огненное пламя. Поле боя – люди, броня, земля – все было раскалено. Лед на Неве заходил ходуном.

Надо было принимать срочные меры, чтобы дать пехоте возможность атаковать передний край противника. Артиллерия прямой наводки и артиллерия дивизии подавляли ожившие огневые точки врага.

– По свечкам! – закричал капитан РодионовГаси доты! Пули и осколки льда свистели вокруг артиллеристов. Но они не думали о себе. Ими руководило лишь одно чувство – заткнуть металлом глотки дотов. Радости не было предела, когда они увидели, как вновь заколыхались и бросились вперед цепи пехоты. Солдаты и офицеры начали взбираться на крутой берег. Вскоре замелькали фигуры наших смельчаков на самом берегу. Я увидел в стереотрубу несколько человек, среди которых сразу узнал русских богатырей командира взвода лейтенанта Меркулова и командира роты капитана Шолохова. Они одними из первых преодолели крутой берег и ворвались в траншею врага. Вслед за своими командирами устремились и солдаты.