Начальник штаба Волховского фронта генерал-лейтенант ШАРОХИН

Начальник оперативного отдела штаба генерал-майор СЕМЕНОВ

Блокада Ленинграда в документах рассекреченных архивов / под ред. Н. Л. Волковского. М.; СПб., 2005. С. 552–554.

Из воспоминаний бывшего командира 268-й стрелковой дивизии С. Н. Борщева

Незадолго до наступления дивизию навестила делегация старейших питерских рабочих. Среди них были ветераны Кировского завода Васильев, Богданов и другие. Возглавлял ее председатель горисполкома П.С. Попков. Делегаты несли знамя Петроградского Совета, которым он был награжден за оборону Петрограда в 1919 году. Состоялся митинг. Попков, Васильев и Богданов в своих выступлениях говорили о революционных традициях питерских рабочих, о боях во время обороны Петрограда в первые годы Советской власти, призывали солдат, сержантов, офицеров отдать все силы для прорыва блокады Ленинграда, освободить от фашистской нечисти родную землю. Бойцы, командиры и политработники поклялись высоко держать честь знамени Петроградского Совета, прорвать кольцо блокады Ленинграда – города пролетарской революции. После митинга воины рвались в бой, спрашивали:

– Когда же начнем наступление?

К январю 1943 года мы были готовы. В ночь на 11 января дивизия совершила 30-километровый марш и сосредоточилась в лесах северо-восточнее Невской Дубровки. Артиллерия дивизии и частей усиления заняла боевые порядки за двое суток, а орудия прямой наводки – за сутки до начала наступления.

В 21 час 11 января части вышли на рубеж атаки. Во время выхода войск на исходное положение для наступления можно было видеть, какой высокий моральный и боевой дух господствовал среди солдат и офицеров, какое у всех было приподнятое настроение. Многие бойцы, находясь в траншеях, писали заявления о приеме их в Коммунистическую партию, в члены Ленинского комсомола.

В тревожную ночь на 12 января 1943 года на фронте стояла какая-то особенно таинственная тишина. Только изредка ее нарушали отдельные выстрелы. Как потом стало известно из показаний пленных, немцы предполагали, что мы готовим наступление, но они не знали, когда и где оно развернется.

Не скрою, что в ту ночь я не сомкнул глаз: беспокоился за успех выполнения боевой задачи дивизией. В роли командира дивизии я впервые участвовал в таком крупном наступлении. Особенно волновало то, что на правом фланге дивизии нависли корпуса 8-й ГЭС – сильнейшего укрепленного узла противника. Оттуда враг мог нанести удар и помешать наступлению.