Но всё-таки как президенту Франции удалось в очередной раз победить? В чём была «изюминка» его избирательной кампании? Аналитики отмечают, что, несмотря на позднее официальное вступление в гонку (в марте 2022-го), Макрон умудрился набрать от 8 до 10 % голосов за счёт хитроумной игры на спецоперации России на Украине. Политологи считают, что французам очень понравилась его непримиримая позиция относительно Москвы с осуждением «военной агрессии» при одновременно разумном меркантильном подходе: «Давайте остановим военные действия, потому что нам конфликт невыгоден!»

Избирателям явно понравилась политика челночной дипломатии с Кремлём, вылившаяся в едва ли не ежедневные звонки Владимиру Путину при одновременно ультражёстких заявлениях на собственной национальной площадке («Я превращу противодействие России в один из основных пунктов своей политической линии в рамках исполнения моего нового президентского мандата»).

Естественно, «французская улица» массово считает, что стоит заигрывать с Россией во имя сохранения поставок газа, причём желательно по приемлемым ценам.

С точки зрения формальной логики, победа во втором туре Эмманюэлю Макрону была обеспечена за счёт голосов Жан-Люка Меланшона (левая партия «Непокорившаяся Франция» – «La France Insoumise»). Мелкие лидеры и представляемые ими партии – экологи (Янник Жадо – 4,7 %), Валери Пекресс (умеренно правое движение «Республиканцы» – «Les Republicains» – 4,8 %), Анн Идальго (1,7 %) – также выступили на стороне Макрона.

А вот Марин Ле Пен, со своей стороны, смогла привлечь только электорат Эрика Земмура (партия «Реконкиста» – «Reconquete») и небольшой партии Николя Дюпон-Эньяна «Вставай, Франция!» («Debout la France!» – чуть более 2 %, входящей в объединение «Республиканцы»).

Интересно, что накануне выборов в высшей элите мнения о возможной победе молодого президента разошлись. Так, в личной беседе со мной Николя Дюпон-Эньян сказал, что не верит в победу Марин Ле Пен, так как фактически её партия – договорная. Но честь мундира заставляет его призвать к голосованию за этого кандидата.

А вот банкир и общественный деятель Жак Аттали, один из мощных теневых деятелей французского политического закулисья, во всеуслышание и неоднократно заявлял, что Францией, мол, скоро «будет прясть лилия». Это переделанная цитата о борьбе «женской» партии за власть в эпоху короля Филиппа Красивого в XIII веке. С тех пор выражение стало крылатым. Кстати, у Аттали слава настоящего политического снайпера, который ни разу не промахнулся в своих политических прогнозах. Видимо, не на этот раз.