Характерная черта сценария: в Сербии ударной силой оппозиции стало молодежное движение «Отпор». В Грузии возник аналог, «Кмара» (в переводе «Хватит!») — и позже выяснилось, что «юридическим партнером» и спонсором организации «Кмара» являлась… американская компания «Паттерсон, Белкнап, Вебб энд Тайлер». Та самая, которая курировала нефтегазовый бизнес в СНГ и в которой работал Саакашвили в период пребывания в США. (Кстати, отсюда понятно, почему Ходорковский — тоже связанный с нефтяным бизнесом — закрутил работу со студентами по разным регионам России.) Началась общая забастовка студентов. Финансирование было очень солидным. Людей свозили в Тбилиси из разных городов (и кормили, платили), сто тысяч молодых манифестантов захлестнули город, вели бессрочные митинги, скандировали свои лозунги. Вмешался и Запад. Международные наблюдатели дружно подтвердили версию Саакашвили, оппозицию открыто поддерживали американские и европейские СМИ, в ее пользу высказывались официальные лица.

22 ноября открылось первое заседание нового парламента, но Саакашвили, Бурджанадзе, Жвания на митинге возбудили народ и повели на штурм здания парламента. В руках держали розы, ими обозначали себя участники акций протеста, и события сразу окрестили «революцией роз». Манифестанты ворвались в зал заседаний. Шеварднадзе, произносившего речь, выгнали с трибуны, он ретировался под прикрытием своей охраны. Уехал в собственную резиденцию, приказал полиции и войскам навести порядок. Но спецчасти отказались поддержать его (ведь не зря же с ними работали американские инструкторы). 23 ноября Саакашвили и Жвания встретились с Шеварднадзе, и он ушел в отставку. Молодежь, заполонившая Тбилиси, праздновала победу фейерверками, рок-концертами. Исполняющей обязанности президента сперва стала Нино Бурджанадзе, а в январе 2004 г. провели выборы, и пост президента занял Саакашвили, премьер-министра — Жвания.

Обозреватели обратили внимание: не только Саакашвили, но и большинство членов нового правительства получили образование на Западе. А курс этого правительства стал уже откровенно шовинистическим и антироссийским. Сразу же чуть не возобновилась война в самой Грузии. Звучали призывы силовым путем подавить и вернуть Абхазию, Южную Осетию. Но в Грузии была еще одна республика, сохранившая автономию, Аджария. В начале 1990-х грузины тоже начали притеснять ее, хотели прижать к ногтю. Аджарцы стали создавать свои вооруженные формирования. Но председатель Верховного Совета Аджарии Аслан Абашидзе поддерживал дружбу с Москвой, с российской мотострелковой дивизией, стоявшей в Батуми. И кроме того, в отличие от Абхазии и Южной Осетии, Абашидзе не стал отделяться от Грузии. Удовлетворился автономией, статусом «особой экономической зоны», имеющей право оставлять у себя таможенные сборы. Поэтому смог договориться с Шеварднадзе, согласившимся на такие условия (вероятно, президент Грузии получил и личные выгоды в «особой экономической зоне»).