— Не надо делать ей больно! Вы не такая как они! — храбрый котенок, сама пережившая подобное, сейчас пыталась спасти Королеву от издевательств, а свою лучшую и единственную подругу от падения.

— Котенок, — вкрадчиво уточняю я, — а с чего ты решила, что я буду ей делать больно?

Ками, как же двусмысленно прозвучала фраза. Да, раньше, я бы занялась бы кое-чем приятным с Косаки, но не теперь.

— Но она же раздетая… — Киттоми оглянулась назад в поисках поддержки. И не нашла ее. Кая, стоя в одних трусиках, выглядела полностью одетой и по … королевски? И при этом одаривала меня взглядом римской аристократки, которую посмел потревожить наглый раб, во время принятия ванны. Хотя нет, скорее с таким же видом, с каким самураи вручали американцам табельные катаны не правильной стороной. * Побежденная, но не сломленная. Я успела закрыть лицо ладонями, прежде чем из глаз от сдерживаемого смеха брызнули слезы. Сидела и чувствовала как подрагивают плечи.

— Мисато? Вы плачьте? Вам больно? — Перепуганная подруга метнулась ко мне.

— Юкки…. — я отвела ее ладошки от себя. — Я плачу не от боли, а от смеха.

— Ааа?! — Котенок натурально подвис, как первый селерон, на котором по глупости попробовали запустить десятую винду.

— Косаки… — почти простонала я, вытирая слезы. — Ты только не посчитай это за оскорбление… Ну кто, кто тебе сказал раздеваться? Я же просила просто прийти и поговорить….

Мои слова пробили броню безразличия и восокомерия. Миг и девушка стала стремительно прятать всю, ту красоту, которую только что выставила напоказ. Раз, два и она полностью одета.

— Значит просто поговорить… — процедила она, одарив Котенка странным взгядом.

— Можем поговорить сложно… — пожимаю плечами. Заметив, что девушка явственно глянула в сторону выхода, со вздохом напоминаю. — Ты же дала слово. Сядь пожалуйста, а?

Из Каю словно выпустили воздух. Надеюсь, она не сильно оскорблена и сможет воспринимать все то что я скажу. Ну на это есть план «Б».

Дождавшись когда она займет предложенное место, прошу подругу.

— Котенок, принеси пожалуйста пару тюльпанов**

— Сделала из нее прислугу днем и игрушку ночью? — язвительно поинтересовалась Косаки.

— Разве можно спать с младшей сестрой, Косаки? И давай обойдемся без оскорблений, хорошо?

— Извини… — Королева процедила самый минимум извинений.

Вернувшейся Котенок к моему удивлению принесла три бокала.

— Не поняла… А зачем третий бокал?

— Я с вами… — мелкая уставилась в сторону, старательно избегая моего взгляда.