— Инпу, — закричала что есть силы и встряхнула того за предплечье.

— Нет места человеку здесь, — хрипло выкрикнул он, и девушка почувствовала, как её ног коснулась влага.

Она опустила голову и ужаснулась, их ноги по щиколотку погрузились в тёплую бурлящую красную субстанцию.

— Нет места ему и тут, — вновь проговорил Анубис, и пространство вокруг освятила огромная кровавая Луна.

— Это кровь, — с ужасом в голосе проговорила Линда, — где мы? — выкрикнула она и вновь предприняла попытку вывести мужчину из транса.

— Нет места человеку нигде, — также обречённо.

— Что ты такое говоришь? — кровь продолжала прибывать.

— Боги велели собрать жатву, — в голосе проскользнуло сожаление, вибрация его тела передалась и ей, хопеш в другой его руке жаждал крови ещё.

— Инпу, — Линда крикнула что есть силы, — крови уже по колено, что ещё нужно богам?

Она не думала, что бог услышит её, а тем более заговорит с ней. Девушка вздрогнула, когда услышала негромкое, хриплое, вынужденное оханье и острый пронзительный взгляд внимательных глаз.

— Инпу! — выкрикнула Линда с отчаянием и закрыла уши руками, испугавшись, что звук мощно отразился от небесного свода, вернувшись к ней троекратно, вокруг неё кровь забурлила, раздавшись в стороны, откатываясь, вновь явив пески.

Девушка растерянно озиралась вокруг, не зная, где она, что делать и куда идти дальше. Она оглянулась по сторонам. Полная кровавая Луна, осветившая пространство, бросала причудливые тени на песок. Песчаные барханы ожили, зашевелившись, восстав исполинскими фигурами, двинулись к ним. Линда пыталась растормошить бога, но тот вновь не обращал на неё никакого внимания.

Фигуры, остановившись возле Анубиса, пророкотали, показав на разные части света, каждый в свою сторону:

— Господин Запада, ты выполнил волю богов, собрал хороший урожай, пора уходить.

На лице бога мёртвых отразилась внутренняя мука.

— Они повинны лишь в том, что умны и быстро учатся, — его голос был глух, в мгновение ока он стал таким же высоким, как те, что были господами Востока, Севера и Юга, Инпу склонил голову вниз и показал огромным пальцем на Линду, — а она?

— Она та, что была подле тебя, тебе решать, что делать с ней, — ответил тот, кто показывал на Юг.

— Я помню её и не помню одновременно, — растерянно произнёс Анубис, обдумывая дальнейшую судьбу девушки, затем, присев на корточки, склонил голову набок.

— Бахити, — прошептала она и увидела в его огромных глазах белое поле снега и бегущих по нему в радостном порыве двух волков, отличающихся только по цвету шерсти.

Молодая женщина поняла, что тот весь был в своих снах, воспоминаниях, пророчествах. Время перемешалось, над ними были чужие звёзды, чужое небо, под ногами — чужая земля, но она верила в то, что они были друг другу не чужими, пусть и ненадолго.