— Мне было бы удобнее спать в казармах, — говорил Йорд.

Дэмиен увидел, что Йорда вел за руку сосредоточенный Аймерик. В Йорде была та же легкая неловкость в связи с его размещением в покоях аристократа, какая была в Аймерике, когда он пытался браниться.

— Это потому что ты никогда раньше не спал в имении при королевской крепости, — убеждал Аймерик. — Я обещаю, это гораздо удобнее, чем спальный мешок или комковатый гостиничный матрас. И, кроме того… — он понизил голос, приблизившись к Йорду, но слова все равно были слышны. — …Я действительно хочу, чтобы ты трахнул меня на кровати.

Йорд ответил:

— В таком случае, иди сюда.

И поцеловал его долгим, медленным поцелуем, обхватив голову Аймерика. Аймерик стал притягательно уступчивым, полностью отдавшись поцелую, обвивая руки вокруг шеи Йорда; его неприязненная натура явно была не тем, что он практиковал в постели. Казалось, Йорд разбудил в нем лучшее.

Они были заняты, как и слуги, как и солдаты в казармах. Все в Акьютарте были заняты.

Дэмиен проскользнул мимо них и направился к конюшням.

* * *

Сейчас все было более незаметно и лучше спланировано, в отличие от последнего раза, когда они вместе покидали лагерь — тот урок был жестко выучен. После него Дэмиен все еще чувствовал себя некомфортно, отделяясь от отряда, но он немного мог сделать по этому поводу. Он вошел в тишину конюшен; среди приглушенного ржания и шуршания соломы он увидел, что дожидающийся его Лорен успел оседлать лошадей. Они выехали на восток.

Цикады монотонно стрекотали вокруг них; ночь была теплой. Они оставили звуки и свет Акьютарта позади и скакали под темным ночным небом. Как и в Нессоне, Лорен знал, куда направлялся, даже в темноте.

Теперь он остановился. Позади них выросли горы, окаймленные каменными пропастями.

— Видишь? Все-таки есть место в худшем состоянии, чем Акьютарт.

То, что открылось перед ними, было похоже на возвышающуюся крепость, но лунный свет свободно проникал через ее сводчатые проходы, и ее стены были непостоянной высоты, местами совсем отсутствовали, стертые в прах. Руины некогда внушительного строения, от которого теперь остались лишь полуразрушенные стены с арками, обросшие ползучими стеблями и мхом. Крепость была старше, чем Акьютарт, гораздо старше — возведенная монархами задолго до династии Лорена или его собственной. Землю покрывали ночные цветы, пятилистные и белые, они только начинали открываться, чтобы выпустить свой аромат.

Лорен соскочил с седла и подвел свою лошадь к одному из торчащих каменных обломков, привязав ее там. Дэмиен сделал то же, а затем последовал за Лореном через одну из каменных арок.

Это место вызывало в нем тревогу, словно напоминание о том, как легко может быть потеряно королевство.

— Зачем мы здесь?

Лорен выступил из арки на несколько шагов, сминая цветы под ногами. Теперь он прислонился спиной к одному из разрушенных каменных массивов.

— Я часто приезжал сюда, когда был младше, — сказал Лорен, — вместе с моим братом.

Дэмиен похолодел и замер, но в следующее мгновение стук копыт заставил его повернуться, зазвенел его меч, доставаемый из ножен.

— Нет. Я жду их, — остановил его Лорен.

* * *

Это были женщины.

И несколько мужчин. Вникнуть в Васкийский диалект было труднее, когда быстро говорило сразу несколько человек.

У Дэмиена забрали меч и кинжал, висевший на поясе. Ему это не понравилось. Лорену позволили оставить свое оружие, вероятно, уважая его статус принца. Когда Дэмиен огляделся, то понял, что вооружены были только женщины.

И затем Лорен произнес то, что понравилось ему еще меньше:

— Нам не позволено видеть дорогу в их лагерь. Нас отведут туда с завязанными глазами.

С завязанными глазами. Дэмиен едва успел обдумать эту мысль, когда Лорен молча кивнул ближайшей женщине. Он увидел, как повязка скользнула на глаза Лорена и была завязана. Вид слегка ошеломил Дэмиена. Повязка закрывала глаза Лорена, но подчеркивала другие его черты: отчетливую линию подбородка, ниспадающие светлые волосы. Было невозможно не посмотреть на его губы.

Через мгновение он почувствовал, как повязка скользнула на его собственные глаза и была завязана на тугой узел. Он лишился зрения.

Их вели пешком. Это был не сложный, запутанный уловками путь, по каким он ходил через дворец в Арле. Они просто дошли до места назначения. Они шли около получаса, прежде чем услышали бой барабанов, низкий и непрерывный, который становился все громче. Повязка на глазах выступала, скорее, требованием подчинения, а не предосторожности, так как проследить их шаги казалось вполне возможным, как для него самого с подготовкой солдата, так и для Лорена с его аналитическим складом ума.

Когда повязки сняли с глаз, они увидели, что лагерь вмещал в себя длинные палатки из выделанной кожи, лошадей за ограждением и два зажженных костра. Вокруг костров двигались фигуры, и они разглядели людей с барабанами, бой которых эхом разносился в ночи. Это выглядело оживленным и немного диким.

Дэмиен повернулся к Лорену:

— Вот здесь мы проведем ночь?

— Это выражение доверия, — сказал Лорен. — Ты знаешь что-нибудь об их культуре? Еду или вино — принимай все, что тебе предложат. Женщину рядом с тобой зовут Кашэль, она назначена твоей помощницей. Женщина на возвышении — Хальвик. Когда тебя ей представят, преклони колени. После можешь сидеть на земле. Не иди за мной на возвышение.

Дэмиен подумал, что они уже выказали достаточно доверия, придя сюда вдвоем, с повязками на глазах и без оружия. Возвышение было покрытой шкурами деревянной конструкцией, установленной рядом с огнем. Наполовину трон, наполовину кровать. Хальвик восседала на нем, следя за их приближением своими черными глазами, которые напомнили Дэмиену глаза Арну.

Лорен спокойно поднялся на возвышение и устроился в томной позе рядом с Хальвик.

В отличие от него, Дэмиена толкнули на колени, затем подняли, подвели к возвышению и усадили. По крайней мере, вокруг огня валялись шкуры, на которых можно было сидеть. К нему подошла Кашэль и села рядом. Она предложила ему чашу.

Он все еще был раздражен, но вспомнил совет Лорена. Он осторожно поднес чашу к губам. Жидкость была молочно-белого цвета и резко отдавала алкоголем; один маленький глоток, и Дэмиен почувствовал, как она обожгла горло и распространилась по венам.

Он увидел, как на возвышении Лорен взмахом руки отклонил похожую предложенную ему чашу, несмотря на совет, который сам же дал Дэмиену.

Разумеется. Разумеется, Лорен не пил. Лорен окружал себя пышной роскошью излишеств, но жил в них, как аскет. Мысль, что кто-то считает, что они трахаются, была выше понимания Дэмиена. Никто, знающий Лорена, ни за что бы так не подумал.

Дэмиен осушил чашу.

Они наблюдали показательный бой — борцовский поединок — и женщина, победившая в нем, была очень хороша, обезвредив соперницу отточенным захватом, да и сам бой был, действительно, достойным.

После третьей чаши Дэмиен решил, что напиток ему нравится.

Он был крепкий и горячительный, и Дэмиен обнаружил, что по-новому смотрит на Кашэль, которая наполняла его чашу. Она была примерно одного возраста с Лореном и привлекательной, со зрелым, оформленным телом. У нее были теплые карие глаза, поглядывавшие на него из-под длинных ресниц. Ее волосы были заплетены в длинную перегибающуюся через плечо темную косу, кончик которой покоился на упругой груди.

Возможно, не так уж и плохо, что они пришли сюда, подумал Дэмиен. Эта культура была честной, женщины прямолинейными, а еда простой, но сытной: хороший хлеб и зажаренное на вертеле мясо.

Лорен и Хальвик были заняты разговором. Они перекидывались фразами, словно выбивали сделку. Суровый взгляд Хальвик возвращался бесстрастным взглядом голубых глаз Лорена. Это было все равно, что наблюдать, как один камень договаривается с другим.

Дэмиен перевел внимание с возвышения и позволил себе, вместо этого, наслаждаться общением с Кашэль, для чего требовались не разговоры, а лишь долгие томные взгляды. Когда она забрала чашу из его рук, их пальцы соприкоснулись.

Она поднялась, подошла к помосту и прошептала что-то на ухо Хальвик.

Хальвик откинулась назад и внимательно рассмотрела Дэмиена. Она сказала несколько слов Лорену, который тоже посмотрел на Дэмиена.

— Хальвик с уважением интересуется, не окажешь ли ты ее девочкам услуги? — обратился к нему Лорен по-виирийски.

— Какие услуги?

— Традиционные услуги, — сказал Лорен, — которые Васкийские женщины ждут от доминирующего мужчины.

— Я раб. Ты выше меня по положению.

— Это не вопрос положения.

Хальвик ответила по-виирийски с грубым акцентом:

— Он меньше, и у него рот, как у блудницы. Его семя не принесет сильную женщину.

Лорен выглядел совершенно не обеспокоенным ее описанием.

— На самом деле, у меня в роду вообще не рождалось девочек.

Дэмиен наблюдал, как Кашэль шла с возвышения обратно к нему. Он слышал барабаны у соседнего костра — низкий, непрерывный бой.

— Это… Ты приказываешь мне сделать это?

— Тебе нужны приказы? — спросил Лорен. — Я могу направлять тебя, если тебе не хватает умений.

Кашэль смотрела на него с нескрываемой напряженностью, когда снова села рядом с ним. Ее туника немного приоткрылась и соскользнула с плеча, так что казалось, что одежду поддерживает только изгиб груди, которая поднималась и опускалась в такт дыханию.