Мулла Насреддин смотрит Рахимтулле прямо в глаза и говорит:
– Твоя сестра – старая вонючая проститутка; за двадцать пять
Рахимтулла молчит. Наблюдающий за ссорой зевака изумлен. Приблизившись, он спрашивает:
– Ради Бога, парень, как ты можешь вот так стоять и позволять Мулле так оскорблять твою сестру?
Рахимтулла отвечает:
– У меня нет сестры, никогда не было и, поскольку родители мои умерли, никогда не будет.
Зевака поворачивается к Мулле Насреддину и говорит:
– Мулла, бессмысленно оскорблять его таким образом. У него нет сестры.
– Разумеется, – отвечает Мулла. – Конечно, нет. Я это знаю, и он это знает, а теперь даже ты это знаешь. Но позволь спросить, сколько людей из тех, кто открыл окна и слушает каждое наше слово, – сколько из них тоже это знают?
Люди живут в невообразимом невежестве: они не зажгли свечу в своем сердце. Внутри у них полная темнота. Они не знают даже самих себя – как они могут знать что-то еще? И поэтому вы с легкостью можете лгать, и они будут вам верить, а вы можете использовать их веру для своей выгоды. Это делали и делают политики, это делали и делают священники, и это делалось веками. Эксплуатируйте людей. Это одно из самых хитроумных занятий, когда-либо изобретенных человеком.
Под именем религии распространяются только всевозможные виды лжи. И поэтому всякий раз, когда в мир приходит человек истины, возникает сильнейшее замешательство. Иисус вызывает замешательство, потому что начинает излагать истину такой, какая она есть, в то время как люди привыкли ко лжи. Они думали, что их ложь и есть истина, а теперь вдруг появляется этот человек и начинает рассказывать нечто другое, нечто совершенно разнящееся. И теперь они либо должны поверить этому человеку… но тогда им придется отбросить всю свою традицию, в которую так много вложено. Пойти на это могут лишь очень немногие храбрецы. Проще уничтожить этого человека, заставить его замолчать, чтобы люди могли продолжать спать и верить в свою ложь.
Ты спрашиваешь меня: «У меня есть неистребимая привычка лгать. Почему я это делаю?»
Должно быть, тебе известно древнее искусство политиков и священников; возможно, ты случайно открыл его для себя. А теперь эта ложь приносит тебе выгоду.
Я знал одного человека, очень хорошего в некоторых отношениях. Он никогда не работал, никогда ничего не делал, но кое в чем был очень искусен… карточной игре, в шахматах, в сплетнях и тому подобных занятиях он был совершенен. Очень хорошо воспитанный, очень образованный – у него была степень доктора философии; мы с ним вместе учились. Всю свою жизнь он занимался тем, что лгал и обманывал людей.