Из этой цитаты видно, что отбираемые для толкования слова Господа Папий черпал не только из письменных документов, но и из устной традиции.

О том, что говорили Андрей, Петр, Филипп, Фома, Иаков, Иоанн и Матфей или Аристион и пресвитер Иоанн, он, вероятно, узнавал от палестинских христиан, переселившихся в Малую Азию после падения Иерусалима в 70 году. Возможно, они были на особом положении лишь потому, что жили в той же стране, что и Иисус, а посему считались носителями особо драгоценной и аутентичной традиции.

Таким образом, Папий признавал два источника христианства: одним было устное слово, другим — записанные свидетельства. То, что он предпочитал первое, объясняется скорее психологическими, нежели догматическими причинами.

Папий как бы перекидывает мостик между этапами передачи евангельской традиции — устной и письменной. Хотя при написании книг он пока еще отдает явное предпочтение устной форме, но уже заметны причины, по которым в дальнейшем авторы все чаще будут отказываться от устных свидетельств в пользу писаний.

Позднее, во II веке, предпочтение будет отдано уже письменным источникам.

Христианство возникло на Востоке, но вскоре проникло на Запад.

В Книге Деяний говорится, что первым человеком, обращенным в новую веру на европейской земле, была Лидия, женщина из города Фиатиры в Малой Азии. В то время она торговала багряницей в Филиппах, в Македонии (Деян 16:14).

Одной из наиболее популярных книг, появившихся в ранней Церкви, был "Пастырь Гермы". Его часто цитировали, одно время даже считали боговдохновенным, и, кроме всего прочего, до наших дней сохранилось более 20 отдельных греческих фрагментов на пергаменте и папирусе, датируемых II–IV вв.; два латинских (II и V века, соответственно) и два коптских (саидский и ахмимский).

Есть еще перевод — пересказ на эфиопский язык и короткие фрагменты на среднеперсидском языке, обнаруженные среди манихейских текстов в Турфане.

Пастырь представляет собой красочную религиозную аллегорию, в повествовании которой почти всюду действует суровый человек, одетый как пастух. Он служит проводником Герме.

Это — причудливый калейдоскоп из пяти "Видений", двенадцати "Заповедей" и десяти "Подобий".

Ему присущ строгий морально-назидательный тон.

Основная мысль книги — прежде всего призыв к покаянию, к нравственной жизни, а обращена она к тем христианам, в памяти которых еще свежи гонения и над которыми нависла тень новых потрясений.

Произведение содержит богословские и литературные несовпадения в различных частях книги, что долгое время оставалось загадкой для комментаторов. Некоторые даже предлагали считать, что авторов было несколько. Наименее удачное решение проблемы — предположение, что Герма был младшим современником Климента и писал (а возможно, и публиковал) свое пестрое сочинение по частям, со значительными временными интервалами, объединенными затем им окончательно в одну книгу к середине II века. При отсутствии надежных данных и с учетом довольно противоречивых интерпретаций среди занимавшихся Пастырем ученых проблема, связанная с его датировкой, до сих пор не решена.