– Не могу я от вас уйти, пока вы в таком состоянии, хозяйка. Можете наказывать, но не смогу я этого сделать. Предназначение у меня теперь такое – быть подле вас и ваш гнев терпеть.

– Ты не мой гнев терпишь, ты моё терпение испытываешь! Сколько можно?

– Не терпите. Можете наказать.

– При чём тут наказание? Ты считаешь, оно развлечёт меня?

– Почему нет? Заставить терпеть другого, простейший способ сбросить злость.

– Ты сам этим пользовался?

– У меня не то положение было, но во время полнолуния, убивая дичь, я испытываю что-то похожее.

– Идиот, – Миранда брезгливо скривилась, – похоже, ты примитивное животное, не надо ровнять меня с собой.

– Хорошо, я животное, не спорю, но герцогу тоже подобное по душе было, – обиженно нахмурившись, проронил Ларсен. – Он что, тоже, по-вашему, животным был?

– Ещё каким! Тупым и безмозглым! – безапелляционно выдохнула Миранда. – И статус его ничего не значил, раз мозги на уровне животного остались!

– А Вы, значит, не наказываете?

– С этой целью, нет!

– А с какой можете?

– Если на благо индивидуума наказание пойдёт.

– Это как так?

– Представь, что ребёнок пытается горячий чугунок схватить. Если я его по рукам стукну, ему будет больно, но менее больно, чем от ожога, когда он кипяток из чугунка на себя опрокинет. Вот ты сейчас, как ребёнок, рискуешь на моё проклятье нарваться, поскольку делаешь очень больно. Я уже который раз говорю, чтобы прекратил, но ты упрямо продолжаешь, в надежде, что я не сорвусь… А зря, поскольку нервы у меня на пределе и наказывать, чтобы остановить, я не стану. Сил у меня на это нет, так что рискуешь сразу под проклятье попасть, раз слов не понимаешь.

– Вас развлечёт моё состояние после вашего проклятья?

– Вряд ли… не радует меня подобное тоже. Но когда злюсь, я об этом не думаю.

– Странная вы… Не встречал я раньше таких.

– Ты многих ведьм встречал?