– Да… – сипло выдавил я из непослушного горла, смаргивая непрошеные слёзы.

Ждать пришлось недолго — моя подруга детства знала, когда я должен подойти, ну а там и отец на обед из своей лавки заглянул. Сам рассказ вышел куда менее подробным, чем для почтенного мастера-алхимика, да и смысла не было простым обывателям повествовать о причинах и следствиях событий, что ещё не произошли. Полагаю, их куда больше беспокоила именно моя история, которая по-настоящему началась в момент осады Сильвергарда силами Плети. Да, нужно было пояснить, что такое эта «Плеть» и как всё до подобного дошло, но несколько часов я выиграл. Кажется, что немного, но… когда каждое слово даётся тебе с трудом, словно ты с кровью и кусками плоти вырываешь его из груди, несколько часов рассказа — это много. Когда я закончил, в комнате установилась давящая тишина.

– Эст… это же… просто шутка? Просто придуманная тобой история? – жалобно спросила моя подруга детства. В ответ я просто встал и сжал в руках «Осколок Души»…

– Хр-р-рм? – Охотник Скверны, она же Адская Гончая, преданно замерла у моей ноги, заняв своей изрядно подросшей чешуйчатой тушей половину гостиной. Да, я мог бы вызвать беса, духа Бездны, Салдис или кого-то ещё, но… бес кажется относительно безопасным, суккуба — тоже, да и просто демонстрировать родителям свою постельную игрушку как-то… не очень, Синий не передаст всей неприглядности ситуации, а Инфернал или Страж Рока — это перебор. К тому же Гончую защита вряд ли обнаружит.

Эльфы дружно отпрянули от демона.

– Вот как-то так, – я вновь криво ухмыльнулся. – Именно поэтому я ушёл. Тихий и Мирный Кель'Талас… я люблю его, но я не смог бы притворяться. Не смог бы скрывать. Не смог бы врать вам. Я давно забыл, что такое тишина и мир. Лучшее, что я умею — это убивать…

– Эст… – прошептала Феланэль. В её глазах неверие — нежелание верить — смешано с шоком и страхом. Логично. Какой ещё реакции ожидать от девочки, самый большой страх которой — грозный наставник-алхимик с бочкой слизней, которых нужно разделать?

– … – отец молчал, но и что ему было сказать? Да, мой народ почитает своих героев, вот только мало кто осознаёт, что «герой» — это не только доблесть и отвага, но и грязная, кровавая работа. Очень много грязной и кровавой работы. Я не пытался себя обелить. Я резал, жёг, грабил и убивал, просто потому что так было нужно для выживания и выполнения поставленных задач. Мог ли я как-то смягчить краски, о чём-то умолчать? Безусловно да. Возможно, это было бы лучше. Но… я просто устал и не хотел врать родным, а всякая полуправда с «опусканием неприглядных моментов» была бы именно ложью.