— В пределах разумного, — поднялся капитан Тандао, временно назначенный «заместителем по воспитательной работе». — Пойманные на мародёрстве получили по десять плетей и два десятка ударов палок по пяткам. Насильники, по вашему приказанию, Вестник, «повешены за яйца на столбе», — он… это что, серьёзно? Я же говорил образно… Кхм… М-да, пора бы уже понять, что военные вообще к юмору не особо предрасположены, во всяком случае, один конкретный индивидуум. Хотя с другой стороны, подобный способ… выражения неодобрения здорово охладит горячие головы.

— Хорошо. Теперь перейдём к жителям Полюса, — я повернулся к пленнику, буравящему меня тяжёлым взглядом, и сверился с бумагами. — Хм, Пакку, старший наставник магов воды…

С одной стороны, очень хорошо, что в живых остался кто-то столь высокопоставленный, если его удастся завербовать, ассимиляция племени Воды пройдёт куда быстрее. Вот только заставить на себя работать столь старого и матёрого мага, явно привыкшего командовать, будет очень трудно.

Идти на сотрудничество с кем-то вроде Джао он точно не будет. Не позволит гордость и чувство собственного достоинства, это даже по глазам видно. Не стоит и про менталитет забывать, такие стариканы частенько бывают фанатиками, верующими в некую «душу народа», которая обязательно выражается в неукоснительном следовании традициям. Отошёл от них — и всё, предал душу своего народа. Несложно догадаться, что для таких умереть, блюдя традиции, милее, чем выжить, от них отказавшись. Причём умереть не только лично, но и всех за собой потянув.

Увы, история про «Вересковый мёд» не на пустом месте возникла.

— Думаю, мне представляться смысла нет? — судя по тому, как маг дёрнулся, он явно хотел по этому поводу высказаться, и высказаться очень некультурно, но инстинкт самосохранения победил. Уже хороший знак. — Прекрасно. Что ж, тогда скажите, вы любите свой народ?

— Какой ответ ты ожидаешь от меня услышать? — желчно проскрипел пленный. По нему было видно, что он очень желает перейти на душевно-нецензурный, но сдерживается. — Зачем спрашивать то, что и так очевидно? Или у тебя слишком много свободного времени?

— Времени у меня как раз немного, и это наша общая проблема, уж поверьте, — проигнорировал я совершенно стандартную попытку ерепениться. — И всё же ответьте на вопрос прямо. Мои догадки и взгляды тут не играют роли, важно лишь то, что вы сами готовы признать.

— Да, я люблю свой народ! — вздёрнул подбородок дед, прожигая меня взглядом. — Народ, которому вы принесли смерть!

Присутствующие на Совете офицеры дружно притихли, не решаясь лишний раз шевельнутся и явно ожидая, какая от меня последует реакция на откровенное хамство пленника. Пусть и высокопоставленного.