— Я просто выбрал наиболее приятного для моего глаза члена царской семьи, — главное — держать невозмутимое лицо.

— Да? — у неё задёргалась левая щека. Плохой признак. Не успел я об этом подумать, как на лицо Азуле упала выбившаяся из причёски прядь, и она НЕ стала её тут же поправлять… Очень плохой признак! — Тогда как ты объяснишь ЭТОТ образ? Разве я выгляжу так⁈ Это… это… — пока принцесса пыталась подобрать слова, вновь посмотрев на картинку, её свободная рука поднялась на уровень пояса и замерла коготками вверх, слегка подрагивая, словно едва удерживаясь, чтобы не порвать разглядываемое полотно.

— Очень мило, — тактично подсказал я, не веря, что это делаю.

Два янтарных лазера впились мне в лицо раньше, чем с губ слетели последние звуки, а по шее пробежало непередаваемое ощущение, будто чья-то челюсть вот-вот сомкнётся на моём горле.

— Увы, тут мы ничего поделать не можем, — мгновенно поспешил я завершить мысль, пока меня не стали убивать. — Творческие натуры отличаются своим взглядом на мир. Актёр, играющий меня, по словам режиссёра, отображает «Мощь Народа Огня», режиссёр так меня видит. А Мастер Пиандао видит вас такой, принцесса. Что поделать, художник — творческий человек, — уф, она услышала, и выражение «Убью на месте!» в её глазах сменилось на «Да как же так-то⁈». Вот и первая часть моей «мести»: вогнать в стыд Азулу и свалить всё на этого мизантропа. А вот нечего было надо мной на пару издеваться! Особый смак ситуации придавало то, что «секретное оружие» и было изготовлено моим Учителем, даже не подозревавшим, что «куёт» он это оружие на свою голову.

— Вот как… — медленно произнесла девушка, расслабив и опустив руку.

Соскользнув с моего лица, её взгляд начал бегать по комнате, а через секунду к нему присоединилась и сама принцесса. В смысле — начала нервно расхаживать взад-вперёд по каюте. Во время первого же поворота на пятках я заметил, что она слегка прикусила правую щёчку изнутри, что выдавало просто запредельную степень её обескураженности. Ранее она этот жест при мне демонстрировала раза два… Может, три.

Однако владеть собой эмоциям Азула позволила недолго. Всё же она очень неглупая особа и наверняка прекрасно поняла, что это моя маленькая месть за её «шуточки». Но формально я был чист, а положение не позволяло обвинить меня в непочтительности без более серьёзных доказательств. Но покорительница огня не была бы собой, если бы приняла «поражение», пусть и всего лишь в словесной баталии.

— А что ты думаешь обо мне? — остановившись, девушка вперила в меня полный подозрений и легко читаемой угрозы взгляд. — Какой меня видишь ты, Вестник? — шаг ближе, лицо искажает хищный прищур, а на носу пролегает опасная складочка.