Но вот к дверям подошли сестра и Вестник, и теперь все были в сборе — можно было входить.

— Зу-зу, только не говори, что опять что-то натворил и тебе нужна помощь родственников? — в своём неповторимом стиле произнесла Азула. Стиле, где под издёвкой крылось реальное беспокойство о непутёвом родиче.

— Азула. Чан, — сдержанно поприветствовал родню принц. — Нет, я тоже удивлён, что отец решил собрать нас всех.

Мэй, по своему обыкновению, приветливо кивнула своей золовке и её мужу.

— Добрый день, Зуко, Мэй, — вступил в разговор Чан. — Предлагаю пройти в кабинет. Не стоит заставлять ждать Его Величество.

— Ты прав, Чан. Не будем задерживать отца, — распахнула двери в кабинет Азула и первой сделала шаг.

Вслед за Хозяйкой Огня в кабинет прошли и остальные.

Император в это время сидел за чайным столиком, сервированным на пять персон, и в состоянии задумчивости крутил в руке сложенный вдвое старый лист бумаги. Обратив внимание на вошедших, Озай взглядом указал на место напротив себя и, взяв в руки пиалу, опробовал горячий напиток. Родственникам ничего не оставалось, как присоединиться к странному чаепитию.

— Три дня назад Зуко задал мне один вопрос, ответ на который вам всем стоит услышать, — ровным голосом произнёс Озай, внимательно наблюдая за реакцией собеседников. — Вопрос о судьбе принцессы Урсы.

— Матери? — откровенно удивилась Азула. И по её лицу было никак не сказать, что поднятая тема ей приятна.

— Да, — всё так же спокойно произнёс бывший Хозяин Огня и, снова отпив из пиалы, продолжил: — Однако эта история касается только присутствующих и за пределы этой комнаты выйти не должна.

На эту фразу Чан и Мэй молча кивнули, подтверждая готовность исполнить данный приказ.

— Начну я с момента, когда моему отцу Мудрецы Огня рассказали пророчество о рождении сильных покорителей огня у потомков лорда Созина и аватара Року…

Рассказ отца о принудительной помолвке и женитьбе на провинциальной актрисе, что любила другого, а также последующей семейной жизни, занял добрый час. Зуко впервые за свою жизнь слышал, как отец рассказывает о вещах, которые обычно проходили мимо его детей. И не сказать что он был рад услышать трактовку отца тех событий, так как уж больно своеобразен был тон Озая, когда он говорил о своей жене.

Обратив внимание на сестру, Зуко отметил, что та тоже пребывала не в лучшем настроении, и по мере рассказа оно всё ухудшалось.

—… Теперь перейдём к самому интересному. Зуко, прочти, пожалуйста, это письмо, — повелительно произнёс Лорд-отец, передавая бумагу, а потом добавил: — И ты, Мэй, можешь с ним ознакомиться.