Мужчина усмехнулся. Как это так хан смог уместить рядом слова «шанг», что означало «безрогий» или «раб», и служило для презрительного обозначения инопланетянами людей, и «уважаемый землянец». Но деньги не пахнут. У бывшего комиссара давно сложилась своя, особая политика на счет работы. Он брался за ту, которую предлагают.

Охотник, поглядывая на своего подопечного, чтобы снова не свалил, встал перед креслом.

— Подтверждаешь ли ты, жалк… уважаемый землянец, что я выдал ордер на двести пятьдесят алтынов за живого Швеллера?

— Нет, — покачал головой наемник.

— То есть как это — нет? — подпрыгнул Ябдух.

— Если хан выдает ордер — то платит деньги, когда условия ордера выполнены. А мы что видим? Швеллер — здесь, живой и невредимый, но золото я до сих пор не получил!

— Но я же обещал — выплатить все после суда! — напомнил отец Ямахи.

— Тогда после суда я и потдвердю, что ты выдал ордер, — согласился Швецов.

Зеваки загалдели, поддерживая чужака.

— Ладно-ладно, — замахал руками хан. — Принесите золото.

Один из подручных градоначальника скрылся в доме и пару минут спустя вышел с объемным кожаным мешком, в котором позвякивали монеты. Олег не пошевелился и не проронил ни звука, сверля судью взглядом. Лицо скага отображало нешуточную внутреннюю борьбу, но, под давлением толпы, над которой начал нарастать неодобрительный гул, сдался и жестом приказал отдать монеты. Охотник растянул шнур и в лучах солнца заблестело золото. Целый мешок денег монетами по одному алтыну. Запустив руку внутрь, мужчина выудил несколько рыжиков — старых, истертых, погнутых. Как будто специально подбирали, что похуже. Ни один черт не примет ни одну из этих монет за полноценный золотой алтын! Впрочем для землянцев — сгодятся.

Оглянувшись, но не найдя, чего искал, человек сел прямо на траве и принялся пересчитывать награду.

— Ты что, их пересчитывать будешь? — возмутился Ябдух. — Все двести пятьдесят?

— А если уважаемый хан ошибся, и здесь не двести пятьдесят, а двести пятьдесят одна монета? Или, даже, двести пятьдесят две? — нашелся мужчина. — Мне бы не хотелось думать, что я невольно обманула хана, получив большую награду, чем было обещано ордером.

Собравшиеся согласились, что пересчитать будет правильно. Негоже безрогому обманывать краснокожего, тем более — хана.

Отщелкивая по десять алтынов, Олег ссыпал их в разные карманы разгрузки, чтобы равномерно распределить вес. Черти терпеливо ждали, обмениваясь репликами, что можно купить на такую прорву денег.

— Семь, — закончил Швецов.

— Что — семь? — переспросил судья.