…Когда звонок домофона прозвучал во второй раз, Свиридяк не стал отвечать абоненту. Просто нажал «отбой», открыл дверь квартиры и направился через общий с соседями холл открывать следующую, решив переговорить с «курьером» возле лифтов, в небольшом закутке, не просматриваемом камерами слежения…
…Когда звонок домофона прозвучал во второй раз, Свиридяк не стал отвечать абоненту. Просто нажал «отбой», открыл дверь квартиры и направился через общий с соседями холл открывать следующую, решив переговорить с «курьером» возле лифтов, в небольшом закутке, не просматриваемом камерами слежения…
– Ну?
– Ну?
– Вот, шеф. Как и договаривались.
– Вот, шеф. Как и договаривались.
Стриженый под ноль мужичок с татуировками на запястьях вынул из пакета потертый портфель и передал его Тарасу Степановичу.
Стриженый под ноль мужичок с татуировками на запястьях вынул из пакета потертый портфель и передал его Тарасу Степановичу.
– Все?
– Все?
– Еще телефоны.
– Еще телефоны.
– Телефоны?
– Телефоны?
– Да. Два. Один профессора, другой с его приятеля сняли.
– Да. Два. Один профессора, другой с его приятеля сняли.
– Насчет приятеля я указания не давал, – поморщился Свиридяк. – Так что зря вы его подломили. А впрочем… Ладно, снимите с обеих симок списки контактов, потом вместе с телефонами уничтожьте. Понятно?
– Насчет приятеля я указания не давал, – поморщился Свиридяк. – Так что зря вы его подломили. А впрочем… Ладно, снимите с обеих симок списки контактов, потом вместе с телефонами уничтожьте. Понятно?
– Дык, жалко же. Может…
– Дык, жалко же. Может…