– Я сказал уничтожить, значит уничтожить, – зло прошипел Тарас, глядя в глаза «курьеру».
– Я сказал уничтожить, значит уничтожить, – зло прошипел Тарас, глядя в глаза «курьеру».
– Понял, шеф. Сделаем, – ответил тот, невольно поежившись и будто бы став меньше ростом.
– Понял, шеф. Сделаем, – ответил тот, невольно поежившись и будто бы став меньше ростом.
– Хорошо. Проблем при изъятии не было? – продолжил полковник, переведя взгляд на портфель и приступая к его осмотру.
– Хорошо. Проблем при изъятии не было? – продолжил полковник, переведя взгляд на портфель и приступая к его осмотру.
– Э-э… нет… Ну то есть да. Нормально прошло. Обычный гоп-стоп, обшмонали и смылись.
– Э-э… нет… Ну то есть да. Нормально прошло. Обычный гоп-стоп, обшмонали и смылись.
На заминку в ответе Свиридяк, занятый изучением профессорского саквояжа, внимания не обратил.
На заминку в ответе Свиридяк, занятый изучением профессорского саквояжа, внимания не обратил.
– Тогда все. Свободен.
– Тогда все. Свободен.
– Есть, шеф. Но…
– Есть, шеф. Но…
– Что но?
– Что но?
– Дальше-то нам чего делать?
– Дальше-то нам чего делать?
Тарас почесал затылок, задумался.
Тарас почесал затылок, задумался.