Не подобрав нужного слова, мать пожала плечами. Что она еще могла сказать?

— Почему он не сможет сопротивляться? Он же высокоранговый!

— Ну и что? Дело в том, как мне пояснили, любая попытка носителя избавиться от симбионта приводит к магическому болевому шоку. Частично уничтожить паразитарные отростки можно, но само ядро будет яростно сопротивляться. Его ведь надо заставить раскрыться, обнажить узор плетения и только тогда уничтожить. Анатолий Архипович утверждал, что Никита пробовал сам развернуть узор, но его выбрасывало из медитативного погружения. Нужно одновременно заставить раскрыться ядру и сжечь его. Нужен помощник. Паразит тонко чувствует желания своего носителя и не дает себя обмануть. А облучать ядро магическими ударами очень опасно. В первую очередь для самого носителя. Дочь, я не знаю, как все может произойти. Если бы проводили лабораторные опыты, ключ к проблеме давно уже подобрали бы.

— Нельзя так поступать с человеком! — выкрикнула Тамара. — За такие манипуляции убивать надо!

— Император прекрасно знает о наследственном Даре боярского рода Луговкиных, откуда вышла мать Ларисы, — усмехнулась Надежда Игнатьевна, — поэтому и держит их всех подальше от столицы под неусыпным контролем своих служб. Вот почему супружеская пара Зубовых неразлучна. Их не оставляет без внимания СБ. А Лариса… Ее вовлекли в какую-то нехорошую историю. Она бы никогда себе не позволила такой фокус по отношению к дворянину. Не знаю… Странно все это. Слухов полно, а точной картины никто не представляет. Я думаю так: если случай с Никитой первый — значит, все, о чем говорили про нее раньше, пустые сплетни. Иначе девушка давно бы уже была в разработке спецслужб. Непонятная история.

— Получается, нет надежды, — прошептала Тамара, кусая губы.

— Есть два варианта, — хладнокровно ответила княгиня. — Сейчас мы все рассказываем отцу, и завтра же Ларису вызовут на допрос в Службу Контроля и Безопасности в Коллегии. Никита пойдет как потерпевший, и, если при досмотре его ауры будет подтверждено наличие паразита — Зубовой грозит очень тяжелая статья. В тюрьму ее, думаю, не посадят, но могут надеть браслеты Арлана, как в твоем прошлом случае, или выдворят из столицы куда-нибудь в провинцию под надзор. Такой вариант я считаю наиболее правильным.

— А какой второй? — насторожилась Тамара.

— Мне подсказали ответ знающие ведуньи. Он тебе не понравится, я подозреваю. Мне — точно претит, хотя в нем есть масса притягательных вещей.

— Что нужно делать в этом случае? — запальчиво воскликнула девушка, хватая мать за руку. — Мама! Ну, люблю я его, только признаться не могу! Все время ищу причины оттянуть очевидное! Все время думаю, что наши отношения — всего лишь затянувшаяся дружба! А оно так бьет больно!