— Вселенная! — люди, пораженные известием, также стремительно переключились с профессора на одичалых. — Они погибли?

— Что этим мерзавцам сделали несчастные колонисты?

— Хоть кто-то выжил?!

Это тоже была провокация. Такая новость должна была облететь «улей» со скоростью света. Теперь арест Прыгунова отошел на второй план. Люди обсуждали нападение на беззащитных колонистов, уже ставших аборигенами. А заодно говорили про Шакалов, и, как следствие, об угрозе их соседства, а затем и о военных. Паутина для эстерианца плелась столь стремительно, что уже к обеду опутала не только палаточный городок, но и проникла под землю.

В гарнизоне были довольны. Всё шло так, как они хотели. Наконец-то, хоть что-то шло по плану. Оставалось надеяться, что он сработает. За происходящим на объекте следила вся лаборатория капитана Ши: по спайеру на сотрудника — так что каждый разговор фиксировался. И если что-то казалось подозрительным, это отмечали и передавали полковнику и капитану СБГ.

Рик знал обо всем, благодаря тому, что находился рядом с ними. И Чоу, и Бергера его присутствие устраивало, а Саттора тем более. Он хотел быть в курсе, потому не спешил покинуть кабинет коменданта. Только ближе к вечеру майор ушел на «Шустрый», посчитав, что всё необходимое пережевано уже тысячу раз, и ему делать в Штабе нечего. Впрочем, и комендант со службистом после того, как Рик козырнул и направился на выход, перестали ощущать потребность в каких либо обсуждениях. Не сговариваясь, они последовали за Саттором и разошлись в разные стороны.

Майор выбрал извилистый путь до астродрома. Желая посмотреть, как идут дела у одичалых, он свернул к новому палаточному городку, раскинувшемуся на территории гарнизона, где теперь жили погорельцы. Их кормили, как и всех, пайками. Хвала Вселенной, этого добра на Демосе хватало. Тех, чьи дома сгорели, и не было возможности взять вещи, одели в комбинезоны и одежду, которую отдали гражданские обитатели гарнизона. Помыться и постирать люди могли в казарме, да и передвижений по территории им не ограничили. Только запретили заходить на астродром и в служебные помещения.

Впрочем, одичалые не спешили знакомиться с новым местом обитания. Они держались обособленно, почти не покидая границ палаточного городка. Кто-то даже пытался натаскать воды к палаткам вместо того, чтобы просто воспользоваться душем. Пайки ели с осторожностью. Люди просили отвезти их в поселение, чтобы забрать оставшиеся запасы, а еще дать им посуду, чтобы готовить более привычную пищу. И если первое полковник был готов выполнить, то разводить огонь на территории гарнизона запретил. Как выход из положения, Бернард предложил гарнизонную кухню, по большей части не работавшую, но тут уже сами одичалые замотали головами. Они побаивались непонятной техники.