— В холодильнике труп, — спокойно сообщил он. — Вызывай медиков и контрразведку.

Сотрудник контрразведки держал в руках листок и смотрел внимательно на Ламье:

— Когда вы обнаружили тело, господин Ламье?

— Примерно десять минут назад. Я заглянул в холодильник в поисках су-шефа и нашел там тело, лежащее лицом вниз. Его затылок был разбит. Сам он был в луже крови. Я сразу же сказал первому попавшемуся повару, чтобы вызывали медиков и вас.

— Понятно. Не скажете, зачем вы искали су-шефа?

— Всего сказать не могу, сэр. Су-шеф был агентом АДа, и нам нужно было скоординировать свои действия.

— Понятно, — повторил офицер. — Вы никакой записки не видели?

— Видел. Какой-то листок, сложенный вдвое, лежал на его спине. Я ничего не трогал, — поспешил ответить Мишель Ламье.

— Дело в том, господин Ламье, что у убитого было два листка. Вы не находите это странным? Один лежал на его спине, другой был зажат в руке. Вот, полюбуйтесь. — Офицер достал из небольшого чемоданчика еще один листок, развернул и, не давая его в руки Ламье, позволил прочитать текст:

— Что скажете? Вам не кажется странным, что у убитого почему-то оказалось две записки?

— Кажется, офицер. Что вы сами об этом думаете?

— Мы думаем, что ваш агент стал мешать кому-то на корабле. И этот кто-то решил под шумок с записками ликвидировать специального агента. Но на него имел свои взгляды и диверсант. Только вот кто его убил? Ваш пленник, что прячется на корабле и пытается убить всех старших офицеров, или некто другой, кому су-шеф встал поперек дороги? Вы не знаете, какую задачу выполнял специальный агент?

— Он был из главка, — ответил Ламье. — Я могу только предположить, что его задачей было осуществлять контроль за проведением операции сотрудниками нашего управления.

— Вы знали, что он агент АДа?

— До сегодняшнего дня не знал. Эту информацию моему боссу сообщил капитан крейсера. — Ламье не скрывал, что об агенте он и остальные адовцы ничего не знали. — У специальных агентов свои задачи, сэр. Нам, территориальным управленцам, они их не раскрывают.

— Может, он чем-то вам мешал, господин Ламье? — Офицер посмотрел в глаза командиру взвода.

— Чем? Чем нам мог помешать наш коллега? — вполне искренне удивился Мишель Ламье.

— Ну, я могу только строить догадки, — ответил офицер. — Может, он хотел помешать вашей операции? Может, знал нечто, что могло дискредитировать вас и вашего босса?

— К чему вы клоните, офицер? — Ламье приподнял бровь. Его неприятно удивила прозорливость контрразведчика. Тот был близок к истине, но у него вряд ли были доказательства. Кроме того, Ламье не убивал агента. Это сделал кто-то другой.