Когда у фермера был не сезон и мало работы, Эмбер гулял по городу. Играл с другими собаками, сравнивая себя с ними. Их повадки, отношение к людям, к хозяевам и напарникам. Что они чувствуют? Как они понимают любовь? Как ни странно, но самки понимают ее по-своему, выражая это в ласке, заботе. А самцы — в преданности и готовности пожертвовать собой в любой ситуации. Щенки ничего не знали о мире. Они просто всех любили, ведь матери защищают их от всех невзгод.

В одном из дворов жила Беатрис, молодая самка-далматинец, которую приютила богатая семья. Весной побывала на случке и на днях ощенилась. Всего пара крепких щенят, но какие богатыри! Уже на третий день открыли глазки и встали на лапы.

Во двор этого дома через забор пробрались трое детей. Девочка шести лет и пара мальчиков постарше.

— Я хочу щеночка! Вон того, которой возле ее головы.

— Ну так иди и возьми.

— Не могу. Она рычит, а в прошлый раз чуть не укусила. А ты большой, тебя не укусит.

Беатрис сильно нервничает. Не стоит трогать собаку, которая заботится о своих щенках. Дети не видели Эмбера, сидящего в кустах. Но зато он все прекрасно видел. Видел, но не понимал, почему Беатрис так волнуется.

— Ты ее отвлеки, а я возьму щеночка и выйду через калитку.

— Хорошо, но кормить по очереди будем.

— Ну ла-а-адно.

Оба мальчика начали дергать Беатрис за хвост, та сначала на них лаяла, потом начала лаять, не обращая внимания на девочку, стоящую с противоположной стороны. А потом встала, оставив малышей без присмотра, и начала грозно рычать, отгоняя зарвавшихся мальчишек. Девочка схватила щенка и рванула к выходу. Его писк привлек внимание Беатрис, и она без промедлений атаковала девочку. Легкий укус, немного крови, куча детских криков и топот убегающих детей. Это будет им уроком на всю оставшуюся жизнь. Нельзя трогать щенят, когда их мама на нервах.

Нос Эмбера почуял смутно знакомый аромат смерти, всего лишь легкий остаточный запах которого был на девочке. Это объясняет волнение Беатрис.

Эмбер просто лежал и смотрел на то, как молодая мама заботится о своем потомстве. Он видел чистую любовь матери к своим детям. Ее облизывание, ее прислушивание к писку, к тому запаху деток, к их состоянию. И эта прекрасная картина продлилась всего полчаса…

С улицы, издалека, были слышны воинственные выкрики детей, всхлипывание девочки и топот чьих-то тяжелых сапог. Когда на задний двор вошел мужчина с девочкой, в сердце Эмбера поселился ужас. Это он! Тот человек, что пахнет смертью!

— Ах ты, сука подзаборная! Как ты посмела укусить мою дочь!