Теперь же нужно было извращаться, искать способ открыть. Вариант один: вот отверстие, но где ключ?
Деспот, будто что-то почувствовав, заревел и начал ломиться в живую стену. О-оу, волосы на загривке поднялись, я заметался в поисках ключа, но, облетев комнату, так и не нашел его.
Что еще? Я задумался. Навыком взлома не владею, да и вряд ли сумею открыть ларец без отмычек, значит, копать надо в другом направлении. Сломать? Нет, разгадка точно не в этом. Так-так-так… Совсем не обязательно сюда должен был попасть разбойник – вот я же, например, здесь, и я не разбойник. А значит, есть другой способ…
Снаружи раздался удар, пол завибрировал, вздыбился. Деспот уже не ревел, он натурально грохотал, как взлетающая ракета, оглушая меня и заставляя живые стены набухать, они словно пытались раздавить чужака.
Максимально отстранившись от происходящего, я задумался. Если по плану разработчиков открыть ларец может любой вошедший игрок… Значит, у него должно быть нечто, соответствующее этому уровню, и это что-то… Демоническое золото!
Я вспомнил, как Мейстер догадался снять дебаф Аваддона. Жрать монетку, думаю, здесь бесполезно, но что если… Вытащенная монетка вошла в паз идеально.
А дальше начался какой-то сюр, хотя куда уж дальше!
Шкатулка распахнулась, оттуда высунул одутловатую башку мелкий бес, плюнул в меня тягучей едкой слюной. Заорав, я отпрянул, шкала жизни начала уменьшаться –
Глаза обожгло и, пока я вытирал слюну, бесенок выпрыгнул и зашлепал по поверхности. Смахнув ядовитую слюну, я едва успел увернуться от летящего в меня файрбола. Огненный шарик задел всего лишь краем, но снес 13% жизни! Бесенок залился младенческим смехом, на его пухлой ручке загорелись зачатки второго файрбола. Ах ты ж мелкий гад!
Я обрушил на беса всю накопившуюся злость, все бурлившее негодование. Мир замер, исходящие извне звуки тоже, работали лишь мои кулаки: бум, бум, бум – как в ночном клубе. Уродливая башка моталась из стороны в сторону.
Продолжая молотить, я не сразу понял, что бес издох. Причем опыта, который был мне так нужен, я не получил.
Тело бесенка с проломленным черепом задергалось в агонии, истаивая на глазах, и оставило после себя в отвратительной вязкой жиже черный кристалл: