— Каким? — заморгала мисс Шеридан, не поспевая за сменой темы.

— Ловушкой для некромантки. Ваш дядя все еще питает иллюзии насчет того, с кем связался. Пора уберечь его от последствий этого заблуждения.

* * *

Разговор с сестрой дался Бреннону нелегко. Она требовала вернуть ей дочь — а Натан понятия не имел, где теперь Пег. Комиссар не мог сказать Марте, что пока ее дочери лучше там и оставаться, поскольку Редферн хотя бы не станет вырывать из нее душу, дабы вселить на освободившееся место покойницу. Джозеф пытался умерить пыл супруги, но, уходя, тихо спросил, может ли Натан дать ему слово, что с Пегги все в порядке. И хуже всего — Бреннон это слово дал.

Чтобы утешиться, комиссар спустился в морг. С собой он нес докладную записку от Галлахера и кое–какие из описаний неопознанных покойниц. Студенты к этому времени уже разошлись, и Кеннеди в одиночестве изучал их отчеты о вскрытиях.

— А, вот и вы, молодой человек, — приветливо сказал патолоанатом и протер тряпочкой табурет напротив стола. — Садитесь, садитесь!

Бреннон положил перед старичком папки.

— Это неопознанные трупы, которые больше всего подходят под описанные вами части тела, использованные некроманткой. Похоже, она орудовала тут три месяца, а мы ничего не замечали. Что это о нас говорит?

Кеннеди снял пенсне и проницательно уставился на комиссара ясными ярко–голубыми глазами.

— С медицинской точки зрения это говорит о том, что расчлененный труп проще спрятать и труднее опознать. Кроме того, части разлагаются быстрее целого. Поэтому ваша чувствительная совесть может успокоиться.

— А ведь их искали, — пробормотал комиссар. — Кто–то искал этих девушек, а мы даже не заметили…

— Вы знаете, что безумие прогрессирует? Возможно, сперва она тщательнее прятала тела, а потом, по мере прогресса болезни, стала все меньше придавать этому значения. Удивительнее то, — помолчав, продолжал старик, — что это женщина.

— Ее зовут Полина Дефо. Она была вместе с дочерью Мари Ноэль и мужем, хирургом, в эдмурском поезде во время крушения, — Бреннон бросил поверх папок доклад Галлахера. — Ехали на медицинскую конференцию на континент.

— Полина Дефо? — удивленно повторил Кеннеди. — Полина Дефо?! О Господи, вот чем кончается обучение женщины делу, к которому их не приспособила природа!

— О чем вы?

— Она ассистировала мужу, — пояснил патологоанатом. — Первая женщина–хирург в стране! Шутка ли. На их совместные операции сбегались толпы народу, как на цирковые представления. И вот чем кончилось. Нельзя насиловать природу! Женщины по сути своей неспособны освоить столь трудную и страшную профессию. Неудивительно, что бедняжка рехнулась. Не женского ума это дело.