Глава 31

Голова гудела, будто перевернутый котел, по которому стукнули поварешкой. В ушах стоял звон. Перед глазами плыла серая пелена, сквозь которую были видны только серебристые звездочки, мерцающие так, будто перемигивались друг с другом. А душу грызло чувство тревоги.

Все было неправильно… Не так, как должно быть…

А как должно?..

Мысли расползались в стороны, будто разноцветные гусеницы… Желтая, красная, зеленая, синяя… Снова красная… Очень толстая, пурпурная гусеница с длинными щетинками по бокам ползла так уверенно, расталкивая, а то и подминая под себя остальных, словно она тут была главная…

Запах…

Противный запах…

Противный запах жженой резины…

Вонь…

Омерзительная вонь…

И тут – будто молния!

Яркая, ослепительная вспышка!

Только не перед глазами, а в мозгу.

Он в кваде… В разбившемся кваде… С голубой молнией на борту…

А если воняет жженой резиной, значит, квад горит!

Хамерхаузен приподнялся, опершись на локоть, как следует потряс головой.

Туман, застилающий взгляд, не рассеялся, но вроде как малость поредел.

Хамерхаузену казалось, что он видит расплывающиеся очертания каких-то предметов…

Нет!

Вокруг царила тьма непроглядная, и он ничего не мог видеть. И пелены никакой перед глазами не было – он просто слишком пристально всматривался во тьму, пытаясь что-то в ней разглядеть.