Должно быть, они налетели на те самые гравитационные мины, о которых говорил Валтор. И спасло их только то, что айвур как следует подкинул квад вверх…

И тут рамона будто по затылку кто хлопнул.

Регина.

Она же тоже была в кваде.

Хамерхаузен посмотрел на горящую машину.

– Регина!

Может быть, пока Хамерхаузен приходил в себя, она уже выбралась из перевернувшегося квада и, сообразив, что дело плохо, отбежала подальше? Он ведь тоже собирался это сделать.

– Регина!

А что, если она все еще в машине?.. Не отвечает, потому что потеряла сознание…

Придерживая здоровой рукой раненную, Хамерхаузен обежал готовую в любую секунду взорваться машину, упал на колени и, опустив голову так, что травинки защекотали щеку, заглянул в машину.

– Регина! Ты здесь, стать твою, или нет!

Все, что находилось в кузове квада, вывалилось, завалив проемы между сиденьями. Прямо под водительским местом лежал здоровенный пластиковый ящик с четырьмя ручками по краям. «Должно быть, ее косметичка», – отметил про себя Хамерхаузен.

Рамон сел на траву и ногами толкнул ящик.

Из-под ящика показалась рука в черной кожаной гловлетте.

– Долбить-колотить!..

Хамерхаузен снова ударил по ящику ногами, пытаясь протолкнуть его дальше. Но ящик, должно быть, во что-то уперся и не двинулся с места.

Рамон встал на колени, схватил ящик за ручку и потянул его на себя.

Ящик подался на удивление легко.

Встав на ноги, Хамерхаузен вытащил ящик из квада.

Снова упав ничком на траву, рамон увидел рядом с собой лицо девушки. Глаза ее были закрыты, но она дышала.