— Меня зовут Дмитрий, — произнёс Бестужев. — Я знаю чем рискую, посылая вам это сообщение. То, что вы сделали с гереспри — уничтожение женщин и детей в масштабах планеты для меня немыслимо. Хотя, всего лишь потому, что моя раса далека от высшей формы цивилизации. Если за такую считать вашу. Не питаю иллюзий на ваш счёт и не думаю, что вы способны помочь чужой планете просто от доброго сердца, поэтому предлагаю соглашение.

Вы уже проиграли гереспри два раза. Первый раз, когда они провернули операцию по изъятию натид с вашей планеты и второй, когда вы явились к ним требовать своё. Но вместо этого позорно проиграли бой у планеты своего врага. И даже низкая подлость — ваш акт геноцида в отношении невинных, не помогла вам. А это значит, что гереспри на пике своего превосходства. И вы не можете с ними справиться.

Поэтому вот условия соглашения: мы сделаем так, что флот гереспри завязнет в бою у нашей планеты. Мы ослабим их. Если успеете вовремя, они будут не готовы оказать полноценное сопротивление. Это даст вам шанс поквитаться с ними за все обиды. Взамен, за этот шанс, не трогайте мою планету.

Нас четыре миллиарда людей и примерно три миллиарда одетых в костюм мегистотерия. Пока мы вам не угроза. Придёт время и может быть, станем. Если научимся на вашем примере, как быть тварью вселенского масштаба. Но у вас будет время подготовиться к этому. А пока, мы можем помочь вам, а вы нам. Начать знакомство можно с этого.

Дмитрий потянулся рукой к панели, и в сообщении пошли строчки прикрепляемой информации. Координаты Земли и языковая программа.

— Мы здесь, — произнёс Бестужев. — Гереспри будут у нас через месяц. Пятнадцать кораблей класса планетный захватчик. Остальные пятнадцать летят к вам. Уверен, у вас есть данные по их вооружению.

Дмитрий замолчал, напряжённо думая. Осталось лишь завершить запись и отправить, но он дал себе мгновение ещё раз просчитать последствия. И наконец кивнул:

— Вот и всё, пожалуй. Конец сообщения.

Бестужев коснулся панели и картинка погасла.

Анна стояла, тяжело дыша. Этот экран словно оживил его на несколько минут. И Лазарева едва осознавала смысл того, что говорил Дмитрий, просто глядя в его лицо с живыми блестящими глазами.

— Понятно, — произнёс Костя.

Он с самого начала был уверен, что Дмитрий это сделал — послал сообщение лан-ирмеям. Но боялся спросить его.

Бестужев не ответил бы на такой вопрос. Если бы он ошибся, если бы лан-ирмеи не помогли Земле или захватили планету, то ответственность за это решение легла бы только на него. И Дмитрий никому не позволил разделить её с ним. Тем более не позволил это Косте.