— Ну что, мы свободны? — с надеждой спросил Женька, приоткрывая дверь.

Шериф замешкался. Было видно, что ему хочется от лесника чего-то еще — например, превентивно запереть в камере, чтобы до следующего катаклизма не пришлось далеко лететь, но это, увы, противозаконно.

— Ладно, идите, — нехотя позволил он. — Протокол только подпиши как свидетель. И… это, — вкрадчиво добавил он, уже протянув Женьке планшет, — я твоего кибера в нем не упоминал, чтобы избежать лишней волокиты, иначе придется изымать его для официального забора информации, везти в райцентр к специалистам… Для отчета вполне хватит показаний соседей, записей с их камер и твоего свидетельства о кладовке с боеприпасами. Впрочем, если тебе это принципиально…

— Нет, — торопливо возразил лесник. — Мне эта… волокита… тоже не нужна!

«А Степановна-то права», — с легким разочарованием подумал он. Кэм, при всем своем представительном виде и внешней активности, не любил усложнять себе жизнь и работу.

Но сейчас это было Женьке только на руку.

— Ты-то сам как, герой? — подобрел шериф, заполучив его подпись. — Пацан сказал, что тебя тоже взрывом отбросило. Все кости целы? В глазах не двоится?

Лесник сморгнул, и двоиться почти перестало.

— Да вроде нормально…

— Точно? Может, тебя тоже в больницу отвезти? Или, вон…

Ветеринар продолжал околачиваться возле ямы, работая бесплатным гидом и попутно раздавая свои визиточки.

— Нет, спасибо… я домой лучше… вон там мой флайер стоит.

— Как всегда, все сам, как настоящий мужик? — одобрительно пошутил Кэм.

— Да не, я правда хорошо себя чувствую, — соврал Женька, вылезая из машины.

Джек незаметно поддержал пошатнувшегося хозяина, и напарники поковыляли к пустырю, успевшему превратиться в огромную стоянку.

* * *

Когда Женька наконец отлип от подушки, в модуле по-прежнему было по-дневному светло. Даже светлее прежнего.

— Эй, это я что — целые сутки проспал?!

— Нет, всего пятнадцать часов, — успокоил его Джек. — Сейчас без десяти семь.

— Ёпт!