– Спасибо, – шепчу я. За это и за все.

И снова проваливаюсь в темноту.

– Кайла? Я принесла супа. – Мама уже пришла в себя, от пережитого стресса не осталось и следа, как будто никаких лордеров в доме и не было.

– Не хочется.

– Тем не менее поесть надо.

Она помогает мне сесть, пытается кормить, но я отбираю у нее ложку и ем сама. Аппетита нет, но аромат и вкус томатов, апельсина и чего-то еще настолько хороши… Я ловлю себя на том, что проголодалась, а ведь этого не должно быть. Как можно есть после всего случившегося?

Доедаю суп.

– Нам нужно поговорить. Извини, тебе бы надо отдохнуть, но это не может ждать.

– Хорошо.

– Почему ты отключилась?

О том же спрашивали лордеры, но мама, конечно, заслуживает лучшего ответа.

Я откидываюсь на подушки. Что сказать? О чем не говорить? И как со всем этим справиться? Под ресницами набухают слезы, «Лево» начинает вибрировать. Но мама уже рядом – садится на край кровати, гладит по волосам.

Я открываю глаза и смотрю на нее сквозь слезы.

– Что ты знаешь?

– Джазз рассказал немного. Что ты беспокоилась из-за Бена. Что он отвез тебя к его дому, но ты не стала входить, потому что там стояла «Скорая помощь» и фургон лордеров. Что потом он привез тебя сюда.

Киваю и тут же морщусь от боли. Значит, насчет Джазза я не ошиблась: он не сказал, что я была с Беном.

– Что случилось с Беном? Пожалуйста, расскажи мне.

– Я не знаю наверняка.

– Мне нужно знать. Пожалуйста…

– Скажу, если что-то узнаю. Но ни в коем случае не спрашивай об этом у кого-то еще. Ты слышишь меня? Это очень серьезно. Не говори о Бене, не ходи с этим скорбным видом и никому ничего о нем не говори. Ни в школе, ни дома, ни где-либо еще.