Вот так это и бывает: шпага застряла в костях моего противника, и мгновение, потребовавшееся на то, чтобы извлечь ее, чуть не стоило мне жизни.

Я вставил стилет, непонятно как оказавшийся в руке, в ножны и с помощью Прошки поднялся на ноги. Оказалось, что, если сильно прижать левую руку к ребрам и притянуть ее правой, становится не так больно, даже можно идти самому. Где-то здесь должен быть еще один, тот, с которым я схватился первым. Поискав взглядом, обнаружил его мертвого, с головой, неестественно откинутой назад. Зря, теперь и спросить не у кого, кто их послал. Да и черт с ними, сейчас главное самому не зажмуриться, с раной от копья вайха было легче.

– Кистью поработай, – обратился я к Прошке. Тот послушно несколько раз сжал кулак на окровавленной левой руке. Удачно, черт возьми, мог бы инвалидом на всю жизнь остаться. – Пойдемте к своим, наверх. И вот еще что: когда зайдем в таверну, прикройте меня от посетителей, незачем нам лишнее внимание к себе привлекать.

Лестница на второй этаж расположена справа от входной двери, буквально в нескольких шагах, а за Прошкой двоих таких, как я, спрятать можно, ну и Амин сзади прикроет. Если увидят, что мне помогают подниматься по лестнице, то подумают, что господин немного на празднике перебрал, только и всего.

Какой же Амин все-таки молодец! И когда он научился так владеть сразу двумя клинками – казалось бы, на глазах все время. Наверное, это у него в крови: он непохож на коренного обитателя Империи, его и варды за своего принимали, окликая на родном языке. Прошку я больше никогда Прошкой вслух не назову, будь я проклят.

– Вы настоящие молодцы, парни, вряд ли даже «дикие» справились бы лучше.

Мы пошли по направлению к таверне. Сейчас наверх, обработаем рану, швы, наверное, придется наложить, и отдых, отдых в мягкой постели. Вина еще, красного, крови много потерял. Черт, надо же – перед самым возвращением! Какой сейчас из меня любовник? Ну надо же так…

Людей в зале прибавилось, несколько дворян присоединились к тем, что уже сидели за столом напротив входа. Вероятно, это они прибыли, когда я звездами любовался. Прошка прошел чуть вперед, давая мне возможность повернуться за его спиной по направлению к лестнице, когда я услышал знакомый голос, произносивший конец фразы:

– …нового фаворита ее величества. Весь двор только об этом и говорит. Представляю лицо де Койна, когда он это узнает.

Затем этот голос первым рассмеялся, и его поддержала остальная компания. Я рукой отодвинул Прошку в сторону. Так и есть, голос принадлежал барону Рамону фер Краснуа.