Для себя я решение принял, и теперь слово было за моими сотрапезниками. От судьбы не убежишь, и вряд ли она повернулась ко мне так, что возникла необходимость прятаться на острове от гнева Изнерда.

Взгляд сти Молеуена ясно выражал такую мысль: «Я, конечно, понимаю, что имею почти равный голос среди присутствующих за столом, но так не хочется принимать любое решение. И это плохое, и другое будет не лучше. Так что решайте сами, а я соглашусь с любым».

От Фреда я услышал то, что и готов был услышать:

— Де Койн, думаю, что любые другие варианты будут еще хуже. Да и где их взять?

Ну что ж, я и сам так считаю.

Интерес дир Героссо к нам вполне понятен, не хватает экипажа на «Морском воителе». Полтора десятка бывалых моряков для скардарцев пусть маленькая, но удача. И платить не нужно, и драться они будут с немалым энтузиазмом, спасая свои жизни. А в том, что в нагрузку идут два графа и две девицы, ничего страшного нет.

«Ладно, будем считать создавшееся положение непреодолимым стечением обстоятельств. В конце концов, лучше попасть в Империю месяцем-другим позже, чем вообще никогда не попасть», — думал я, вышагивая к нашему временному пристанищу, которое представляло собой пустой склад, любезно, всего за пару монет, предоставленный нам человеком, с которым мы собирались обменяться кораблями.

На сборы нам понадобилось около получаса. Вернее, на сами сборы много времени не потребовалось, но перед тем как отправиться к причалу, состоялся разговор. Тема разговора ясна, вполне могло случиться так, что у людей фер Груенуа или Гентье были собственные планы на будущее и шли они вразрез с предложением, сделанным дир Героссо. Но таких людей не оказалось, хотя и особого энтузиазма не было видно. Чтобы хоть как-то подсластить пилюлю, я сказал, что жалованье в связи с последними событиями ни у кого не пропало и даже увеличилось на треть. И по приходу в Империю оно будет немедленно обналичено, если, конечно, такая возможность не сыщется ранее.

На причале в указанном месте шлюпок не оказалось, зато было два человека в плащах с капюшонами. При нашем приближении один из них извлек из-под полы фонарь и помахал им в воздухе. С «Морского воителя» просигналили ответно, и через пару минут от его борта отвалила шлюпка.

Все три тримуры Скардара — «Божий любимчик», «Морской воитель» и «Гнев Мениоха» — выглядели практически одинаково, за исключением немногих мелочей, которые заметны только опытному моряку. Разве что «Морской воитель» несколько выделялся среди своих братьев-близнецов. Прежде всего повышенной парусностью, о чем легко можно судить по такелажу. Ну и несколько меньшим числом орудий — их у него было тридцать шесть, в отличие от вооруженных сорока пушками «Божьего любимчика» или «Гнева Мениоха». Вероятно, все это добавляло ему ход.