— Я к вам с предложением. Что вы думаете относительно того, чтобы посетить славный Скардар, прибыв туда на борту не менее славного «Морского воителя»?

Да как тебе сказать? Мы все сидим и мечтаем, как бы оказаться еще на тысячу-полторы морских лиг дальше от не менее славной Империи. Тем паче, что предстоит не туристический круиз, а бой с многократно превосходящими силами противника, который спит и видит уходящими под воду верхушки мачт кораблей Скардара.

— С решением следует поторопиться. Не далее чем к утру шторм пойдет на убыль. Конечно, есть риск, что нам не удастся прорваться, но… Суть в том, что изнердийцы славятся своей злопамятностью, так что, оставаясь в Мойнстофе, вы рискуете еще больше.

То, что шторм скоро должен был закончиться, я знал, сти Молеуен и фер Груенуа об этом мне уже сообщили, а у меня есть все причины доверять им обоим. Принесли вина. Дир Героссо встретил Стейлу не менее красноречивым, чем у Фреда взглядом, не забыв проводить девушку глазами до самой стойки, для чего ему пришлось обернуться. Мелиню наполнил свой бокал, не забыв и об остальных присутствующих, залпом осушил его и, снова чуть поморщившись, пробурчал себе под нос что-то вроде того: «Если это лучшее из лучших, то какое же тогда плохое?»

Он встал, решительным жестом натянул на голову шляпу и тряхнул плащом, перед тем как водрузить его себе на плечи. То, что брызги воды полетели на сидящих за соседним столом людей, его совершенно не заботило.

Затем он добавил:

— Господа, на вашем месте я бы даже не раздумывал. У причала, кстати, ждет шлюпка, чтобы переправить вас на борт «Морского воителя». Мне известно, что среди ваших людей есть две дамы, и одна из них очень юная особа. Ничего страшного в этом не вижу, места на борту хватит всем. И поймите, наконец, что это ваш шанс, быть может, единственный.

Уже выходя из таверны, Мелиню поймал за руку пробегавшую мимо с пустым подносом Стейлу, обхватил ее за талию и впился в губы долгим поцелуем. Затем отступил на шаг, продолжая держать девушку за руку, и сказал с восхищением в голосе: «Хороша!» Дир Героссо вынул золотой, вложил его в руку Стейле, двумя пальцами приподнял ее подбородок и чмокнул губами уже в воздухе. Кивнув нам на прощание, офицер исчез за дверью. Что характерно, мать Стейлы всего этого тактично не увидела, согнувшись за стойкой.

Что тут можно сказать: что дозволено Юпитеру… Особенно когда за спиной Юпитера около тысячи земляков на кораблях Скардара.

Я с улыбкой наблюдал за всем этим, а затем поинтересовался:

— Ну что, господа, каково ваше мнение относительно только что прозвучавшего предложения?