И пусть салют не был таким, каким я привык видеть его раньше, его огни не затерялись на фоне больших, почти огромных огоньков местного звездного неба. Наоборот, это сочетание давало такой необычайный эффект, что даже я был впечатлен не меньше тех, кто видел это зрелище впервые в жизни.

Яна, прижимавшаяся ко мне все время фейерверка, притихшая, когда закончился салют и погасли последние огоньки, сказала:

— Ты все же смог достать для меня звезды с неба…

Я шел по дворцу, держа под мышкой толстую папку в сафьяновой зеленой обложке. «Главней всего — погода в доме…»

По-моему, это был один из родственников Колина Макрудера, то ли его кузен, то ли еще не пойми кто, спешно юркнувший в одну из дворцовых дверей. Не стоило беспокоиться, у меня ни сын за отца, ни отец за сына, ни тем более родственник за родственника не отвечает.

Не так давно у меня была встреча с Макрудером. Я бы давно уже его простил: подумаешь, кто теперь вспомнит о проблемах, которые он мне время от времени создавал. Я их и сам себе создаю, причем значительно лучше и значительно чаще. Только Марта…

Пусть она погибла и не от его руки, пусть это вообще произошло случайно… Но мне до сих пор было очень жаль ее. Женщину, ставшую мне в этом мире второй матерью.

Макрудер стоял передо мной, старательно делая вид, что ему не страшно. И все же было заметно, что это совсем не так.

Мальчик, вероятно, тебе все же удалось понять, что важно не то, что стоит за твоей спиной, могущество рода, например, имеющего даже право на престолонаследие. Нет, дело только в том, что внутри тебя. Хотя очень сомневаюсь в этом. В твоей жизни не было встречи с бароном Эрихом Горднером, и мне тебя очень жаль.

— Граф, — обратился я к нему, — я слышал, что в Монтарно у вас полно родственников?

— Да, это так, ваше величество… господин дерториер. — Голос у него все же предательски дрогнул.

Я усмехнулся, в первый раз услышав такое сложное обращение.

— Мне кажется, что вам имеет смысл навестить их и погостить немного. Лет этак пятнадцать — двадцать.

Прощать — удел сильных. Кто это сказал? Или я только что сам придумал?

Теперь я знаю, кто стоял за его спиной, кто его направлял, ведь Макрудер был всего лишь пешкой в чужой игре. Знаю, откуда у меня большинство проблем и в Империи, и даже за ее пределами. Но всему свое время.

Я знаю и то, что Макрудер успел стать отцом, наши дети и родились-то чуть ли не в один день. И все же я не мог его видеть, слишком дорога мне была Марта. Так что будет лучше, если он уедет, уедет далеко и навсегда.

Обо всем этом мне рассказал граф Анри Коллайн, и ему я доверяю больше, чем себе. Единственное, что меня порадовало во всей этой истории, так это то, что в ней не был замешан начальник Тайной стражи граф Кенгриф Сток.