— Где ты его взял? — спросил он.

— Да так, по дороге попался, — все, что оставалось мне ответить.

Помню, как Иджин смотрел на меня, когда я не мог произнести ни слова от душившего меня смеха, после того как он сообщил мне, что это за камень. А ты его сразу под подушку.

Вид у Янианны вдруг стал очень мечтательным, и она сказала:

— На днях прибудет посольство из Скардара во главе с Золотым рогом.

— Не понял, с кем во главе? — озадачился я.

— С Золотым рогом, Артуа. Говорят, потрясающий мужчина. И мне так хочется его увидеть.

После этих слов Яна приняла еще более мечтательный вид.

— Знаю я его, — только и оставалось, что небрежно заявить мне. — Мы с ним на одном корабле шли.

— Какой он? — Глаза у Яны горели неподдельным интересом.

— Он? Он… Вид его ужасен, а лик его прекрасен, — вовремя всплыло в голове. — Самые красивые женщины вселенной падают в обморок, лишь только он дотронется до них.

Я встал, накинул халат. Нет, я не стеснялся своего тела, еще чего. Причиной тому были два немаловажных обстоятельства. Во-первых, имелся у меня еще один шрам на плече, который удалось удачно скрыть от Яны. И главное, мне предстояло сделать очень важное заявление.

Я подошел к столу, на котором лежал мой пояс, и вынул из ножен Коготь дракона. Само слово «дерториер» на общеимперском языке имело легкое созвучие со словами «Золотой рог». Но ассоциация с рогами мне почему-то не нравилась.

Подойдя к темному окну, я посмотрел сквозь него задумчивым взором.

— Признаюсь, Янианна, я и есть правитель Скардара. — Голос мой был суров и печален. — Как ты поняла, прибыл я сюда инкогнито, чтобы самому выведать все военные секреты Империи, все ее тайны и слабости. А потом, — произнес я с тяжелым вздохом, — потом я пойду на тебя войной.

Весь мой вид говорил о том, что мне очень не хочется этого делать, совсем не хочется, но избежать войны не удастся.

Янианна чуть изменила позу, провела рукой по легкому покрывалу, прикрывающему ее, и произошло чудо — покрывало исчезло. Нет, оно никуда не делось, просто было откинуто в сторону и перестало хоть что-либо скрывать.

— Пойди на меня войной, Артуа, очень тебя прошу. — Голосок Яны при этом прозвучал очень жалобно. — Я так люблю, когда ты ходишь на меня войной…

Затем интонации ее голоса изменились, и он стал звучать весьма злорадно:

— В последнее время это так редко бывает. Раз в девять месяцев!