Что же касается основных участников этого «последнего акта» моей миссии, то кое-что о их дальнейшей судьбе мне удалось выяснить.

Старший лейтенант Махняеева Галина Федотовна умерла от ран в эвакогоспитале 6 мая 1945 г. Она в числе двадцати двух тысяч других советских солдат и офицеров похоронена в берлинском Трептов-парке. Посмертно ее представили к ордену Отечественной войны I степени. Правда, кому тот орден вручали и вручали ли вообще – неизвестно.

В изданной Минобороны РФ в конце 1990-х «Книге Памяти» мне как-то попалась такая запись: «Чемоданов Сергей Григорьевич. 1923 г. р. Майор. Начальник штаба танкового батальона, 64-й танковый полк, 32-я гвардейская мехдивизия. Погиб 4 ноября 1956 г. в Будапеште. Похоронен на кладбище Керепеши в Будапеште».

Из всех прочих участвовавших в моем крайнем «деле» танкистов в архивных документах мне почти случайно встретилась только фамилия чемодановского механика-водителя Максима Красикова, да и то я узнал только о том, что он демобилизовался из рядов Советской Армии в ноябре 1946 г. и, к тому же был практически моим земляком – из-под Краснобельска, из райцентра Силитромак.

Шевкопляс Татьяна Петровна после войны служила на НИИБТ-полигоне, потом преподавала в Академии бронетанковых войск и нескольких технических ВУЗах. Последнее звание в Советской Армии – инженер-полковник. Прожила долгую жизнь и, как мне кажется, была вполне счастлива. Умерла в Москве в 2002 г. В конце 1990-х гг. в специализированных изданиях вышло несколько статей, где упоминалось про ее участие в предвоенных испытаниях легкого плавающего танка «Т-40». Именно благодаря этим статьям я узнал что ее внук живет в Москве, а внучка – в Питере. Разумеется, я внимательно перечитал эти статьи уже после своего «возвращения с войны», когда их героиня давно покоилась на кладбище. А 1990-е, в момент когда эти публикации только вышли, я практически не обратил на них внимания, поскольку тогда еще ничего не мог знать о ней…

Антанас Сигизмундович Рупсюс, наш бессменный шофер Сигизмундыч, в 1945 г. почему-то вернулся в Польшу, где, видимо, продолжал шоферить. Во всяком случае его фамилия оказалась в списке тех, кто погиб вместе с первым министром обороны Народной Польши генералом брони Каролем Сверчевским, во время нападения УПА на министерский кортеж, в ходе роковой инспекционной поездки 28 марта 1947 г.

Никитин Сергей Константинович после войны занимал различные должности в ГАБТУ, в середине 1950-х гг. служил начальником НИИБТ полигона, затем долгое время был советником при генеральном штабе Национальной народной армии ГДР. Уволился в запас в 1965 г. в звании генерал-майора. Умер в 1983 г.