И Тимур ответил сам себе — да, собирался.

Человек способен придумать оправдания чему угодно, и Тимур именно этим и занимался. Обманывал сам себя, охотно веря подсунутым ему оправданиям. Победа Империи? Так Альянс и Союз же враги, ты же и так убивал их! И возразить нечего, да, убивал, и соглашательство в малом словно бы приводило к соглашательству в большом — Альянсу и Союзу нужно умереть, чтобы Империя жила.

У тебя есть потенциал, у тебя есть возможности, бери власть и становись Верховным. Ведь с такой миссией его посылал Шеф — учиться, а тут ему предлагают стать лучшим из магов, ну как отказать? Вот тебе идеальная женщина, она вся твоя, ну как тут отказать? Вспомнить про жену и отказать? Так ведь женщина не просто так, она же дает власть, а власть дает еще больше власти и дает возможность выучиться магии и более того, привести на помощь Шефу еще больше магов!

И Тимур согласился бы, согласился и даже не задумался бы, не перегни слегка Верховный палку. Видимо, очень уж жаждалось ему обладания вещами Алтая, которого он воспринимал лишь телохранителем Тимура. Даже после слов о друге Верховный не остановился, попробовал на ходу проявить гибкость со снотворным, но это и стало последней соломинкой, сломавшей спину верблюду.

Тимур мог попросить Алтая, мог бы начать уговаривать, но ударить в спину? Наступило отрезвление, а вместе с ним и осознание всей ловушки. Как там было — огонь, вода и медные трубы? Вот-вот, чуть не попался. Чуть не забыл про жену, да что там и Шефа, ведь останься Тимур — разве он выполнял бы свою миссию? Нет, он работал бы на Империю, и кто знает, что та учинила бы на Земле?

Теперь нужно было успокоиться и собраться с мыслями, попробовать разрешить ситуацию.

Нет, в первую очередь надо было как-то скрыть все, не выдать себя, выиграть время, дабы успеть найти Алтая и сбежать вместе с ним. Усыпить подозрения. Как? Взволнованный вид ладно, он вполне объясним, но к нему нужно что-то еще, чтобы усыпить подозрения, показать себя решившим принять предложение Верховного. Но что?

— Вы знаете, — доверительно сказал Тимур Верховному, осененный мыслью, — ведь та вещь у Алтая не вернет нас на Родину.

— Да? — удивился Верховный. — А как же тогда?

Он сделал жест рукой.

— Сам не знаю, — признался Тимур, — но зная Шефа — это какой-то техномагический маяк, на который мы и вернемся.

— А переходы между мирами?

— Еще одна чужая магия, переходы в случайном порядке, опять же недоступные для контроля и недоступные мне, как магу.

Выражение лица Верховного стало вопросительным, слегка недоумевающим. Тимур изо всех сил пытался удержать лицо слегка волнующимся, слегка заискивающим, в общем, таким, каким оно было бы, если бы он согласился бы на предложение Верховного и теперь переживал за выполнение договора и чтобы не остаться без вожделенного приза.