– Не верьте его лживым словам! – выкрикнул «раненый» рыцарь. – Это всё ло…

– Скажешь ещё одно слово – и я превращу твой язык в лягушку, – громко пообещал во всю веселящийся Эмбер-Сайто, а Сау и Сабер, так грозно посмотрели на других парней в разноцветных мундирах, что те резко прекратили возмущённо галдеть.

Не чувствуя поддержки приятелей, Габриэль тоже заткнулся.

– Какие ещё извинения? – удивилась девушка. – С чего это я должна извиняться? Это мерзкий маркиз ра…

Подружка шустро ткнула её локотком под рёбра.

– …то есть я хотела сказать. Что если вы действительно мой жених, – с морем сомнения в голосе произнесла она, – то это вы уже разорвали помолвку со мной, со словами что: «корова с которую вы используете вместе женщины, куда милее вам нежели я»! и вообще это вы должны простить прощения у милого Габриэля, за то, что вы с ним сотворили! Я же приехала оспорить это неразумное решение! Требую, чтобы вы…

– Так… понятно… Моё сообщение барончик вам видимо передал «своими словами».

– Это я – Корова! – зарычала Тиасель, на отшатнувшуюся от неё и спрятавшуюся за подругу Аэрис. – Ах ты…

– Тихо Бурёнка! – перехватил я эльфу за талию. – Команды «Фас» – не было.

– Но… Но она сказала… Она сравнила меня с животным.

Был у всех эльфов кроме лесных, такой пунктик. Собственно, одно из самых страшных оскорблений для них – сравнение с разнообразными зверушками. И всё как-раз из-за их «природных», диковатых собратьев, скачущих в своих лесах по веткам с луками.

– Она совершенно точно говорила не про тебя! – уверенно сказал я, а затем посмотрел на Аэрис. – Перед вашим «милым Габриэлем», я обязательно извинюсь. Своим клинком. От вас же я жду объяснений по поводу вашего приказа, касающегося меня, отданного слугам и поведения их и вашего приятеля, напавших на моих людей. И так – я внимательно слушаю.

В общем, ничего путного она так и не сказала. Из раздавшегося лепета, я понял только то, что она всеми правдами и неправдами будет выгораживать, в том числе и перед самой собой, своих «милых друзей»: «Габриэль был серьёзно ранен и просто неправильно понял ваши слова…», «Скорее всего вы сказали это как-то не так…», «Такого просто не может быть, потому что наш милый Габриэль – человек чести!»

Короче, я понял только одно. Даже если один из этих разноцветных пацанчиков, воткнёт у неё на глазах кинжал в спину её отца – она найдёт тысячу и одно благовидное объяснение как самому поступку, так и тому, что убийца – сам по себе невинная жертва.

– Всё понятно, леди Аэрис, – холодно оборвал её я. – С этого момента можете считать нашу помолвку – расторгнутой. Более я вас не задерживаю.