Аксель развернулся, взяв под наблюдение и улицу, и вход в публичный дом.

– Почему ты их не убил? – поинтересовался возящийся с проводами Бабарский.

– Потому что я не убийца, – не оборачиваясь, ответил Крачин.

– А они – убийцы.

– Мы говорим обо мне.

– Ты мог их ранить. Пострелять по ногам, и нам не пришлось бы бежать через весь город.

– Хасина говорит, что физические упражнения полезны для здоровья.

– А пуля в грудь – нет.

– Не волнуйся…

Закончить Аксель не успел, поскольку послышался торжествующий вопль:

– Вот они!

Обрадованные бандиты потеряли осторожность, бросились к беглецам со всех ног и поплатились: Крачин вскинул пистолет и трижды надавил на спусковой крючок. Два уголовника упали на мостовую, ругаясь и держась за простреленные ноги, третий метнулся в тень переулка, двое других последовали за ним. Окрестные собаки не залаяли. Привыкли.

– Ты снова их не убил?

– Попроси у Хасины таблетки от кровожадности.

– Я сильно нервничаю.

– И успокоительное попроси.

Опомнившиеся бандиты открыли по беглецам огонь, но расстояние и неудобный угол – покидать безопасный переулок они не рисковали – не позволяли уголовникам как следует прицелиться, отчего все их пули угодили в стену дома напротив.

– Ты скоро?

– Уже.

В грохот выстрелов вписался рев заведенного двигателя, и Бабарский сварливо осведомился: