Светлый фон

Почти сразу же по пещере разнесся веселый тенор Голден-Халлы:

– Хей! Не смотрите туда – смотрите на меня! Спорим, вам впервые дают бесплатный концерт? А акустика – м-м-м, какая в пещерах акустика!.. Все ко мне, пепелюшки!

И не успел Стэн испугаться черных теней, метнувшихся к нему, как тени замерли… А зал наполнился музыкой.

«На фига он сыщик, если так играет?» – опешил Хлестовски, застывший сначала наравне с элементалями.

Музыка была бескомпромиссна. Она мигом выхватывала, как ювелир, все самое лучшее в слушателе и щедрой горстью подбрасывала в небеса – свети и светись, жемчужина, созвездием будь над землей.

свети и светись, жемчужина, созвездием будь над землей.

Стэн тряхнул головой, не позволяя себе слишком увлечься нотами. Он успешно закончил первую ступень деактивации и приступил ко второй, когда…

– Ого, а что у вас тут происходит? – ахнул кто-то голосом Ладиславы Найт.

Хотя, впрочем, не кто-то, а сама адептка: Стэн убедился в этом, когда, не переставая бубнить заклятье, приподнял голову. Запыхавшаяся Найт с встопорщенными волосами стояла в одной из арок пещеры. На левой руке у нее болтался недорасстегнутый наручник, а в правой девица сжимала… э-э-э… чью-то ногу.

Берти, хвала небесам, не прервал мелодии, хотя нежданная синкопа в песне иррин все же проскользнула – и парочка пепельных тварей свирепо дернулись.

– Госпожа адептка! Что ты здесь делаешь?! – ошарашенно пропел Голден-Халла на манер знаменитой арии «Король сердец».

Ладислава еще никогда не видела у сыщика таких квадратных глаз. Кажется, ей удалось по-настоящему его удивить. Неплохо, что же. В других обстоятельствах она бы поставила себе «пятерку», но не сейчас.

– Элайяна! Элайяна! – оперной скороговоркой ответила девушка, так же в такт. – Там Элайяна! Заложницей она меня взяла, но я спаслась!

– Вот прах, плохие новости опять!.. И где она сейчас?

– Э-э… gdirni, eviler, barkas… Ребята!!! Huas… bovam… Там!!! – ахнул Стэн, в это время приступивший к третьей ступени.

Ибо он увидел, что сердце острова, оставленное без присмотра, уже не лежит на месте, как полагается, а быстро летит над землей прочь, прочь…

И нет, не к постаменту.

А к потрепанной, окровавленной фигуре Элайяны, спрятавшейся в тени второй из пяти входных арок.

* * *

– Найт, останови ее! – одновременно крикнули Берти и Стэн.