Ирина Сереброва ХОЗЯИН МУНЛАНДА
Ирина Сереброва
Ирина СереброваХОЗЯИН МУНЛАНДА
— Двести тысяч. — Стивен Торрес сделал крохотную паузу и уточнил: — Каждому.
— Нет. — Владимир поджал губы и отвернулся. Аиша знала: он всегда так делает, когда решение принято и спор бесполезен. И втайне обрадовалась, что ей не придется делать собственный выбор.
В конце концов именно Владимир — капитан экспедиции. Аиша с Толиком обязаны следовать его распоряжениям. Как посмеивается Толик, «Володька у нас луноход, а мы при нем лунатики».
Сейчас Толик не смеялся. Аиша насторожилась, увидев, как внимательно и азартно поблескивают его глаза. Медленная улыбка Торреса показала, что он тоже это отметил.
— Двести пятьдесят тысяч.
— Исключено, — бросил Владимир.
— Вообще-то двоих из вас для работы должно быть достаточно, — промурлыкал Торрес. Его рука нырнула куда-то между белых кружев на груди, и в холеных пальцах закачалась чековая книжка. Ногти розовыми зеркальцами отражали рассеянный свет жилого модуля.
Еще и маникюрный набор с собой, наверное, через космос протащил… Аиша поймала себя на том, что сжимает кулаки, пряча собственные неухоженные кисти.
Взгляд Стивена Торреса остановился на ней. В который раз женщина задумалась: известно ли сумасшедшему миллиардеру, что глаза его имеют в точности тот же пронзительно голубой оттенок, что и светящаяся в вечной черноте лунного небосвода Земля?
Известно, наверное. «Он вообще слишком много понимает и о себе, и о других людях», — подумала Аиша с недовольством, чувствуя, как шумно начинает биться в висках кровь и краснеют щеки, пока Торрес молча разглядывает ее лицо.
Конечно, он еще неделю назад был на Земле. Четыре дня пути в комфортабельной ракете, больше напоминающей роскошный отель — для удобства космотуристов буквально все, включая, разумеется, искусственную гравитацию. И вторые сутки по земным часам здесь, в обычном модуле для работы и проживания небольшой экспедиции. Луна еще не успела оказать на него влияния, ясно заметного у команды, которая провела вдали от родной планеты пять месяцев.
Истончившиеся от потери жидкости ноги, потихоньку атрофирующиеся мышцы, одутловатые физиономии… На фоне чеканного профиля гостя последствия жизни при сниженной силе тяжести казались особенно неприглядными.