Внизу, как ни странно, обычный линолеум.

— А теперь меня срочно должны спасти! — заявила девушка вслух, но это не помогло. Стало только еще страшнее, и весь ужас случившегося постепенно начал доходить до нее.

Неужели это Ягов выполнил-таки обещание подогнать джип с тротилом?! Или не он?..

Дина задумалась, сколько должно пройти времени до спасения. Вспомнилось, как на какое-то землетрясение вылетали специалисты со всего мира и потом еще неделю, а то и две показывали хроники: с каждым днем спасенных было все меньше, а погибших — все больше.

Девушка заплакала, но тут же решила, что надо думать конструктивно и тогда все будет хорошо.

Но думать конструктивно не получалось. Из еды была только методичка, из питья — тоже только она, и даже из инструмента, которым можно попробовать себя спасти самостоятельно, — только эта дурацкая брошюра.

«Теперь можно плакать с полным правом! — решила Дина. — Я сделала все, что смогла!»

Картины, которые приходили ей в голову, были одна страшнее другой — вспоминались почему-то землетрясения в каких-то жутких странах, то ли в Анголе, то ли в Гондурасе. Их показывали по телевизору, и количество жертв исчислялось сотнями. Если там люди умирали так легко, то почему она должна выжить?

Девушка заревела, вначале тихо, а потом громко, навзрыд, всхлипывая от жалости к себе — одноногой и уже почти мертвой.

Потом слезы закончились и остались только боль, страх и темнота.

14

Радио в «скорой» работало на полную громкость.

— Привычка, — объяснил словоохотливый шофер. Ехали они вдвоем — врачи и санитары могли понадобиться на месте взрыва, а машин «скорой» там было все равно слишком много. — Больные иногда знаешь как орут? Ну, я теперь когда еду, иначе радио слушать и не могу. Только так.

«По сообщениям Интерфакса, в Новосибирске произошел взрыв средней мощности. Предварительно утверждают, что жертв нет, предполагаемый теракт случился в пустом здании. Напомним, что вчера прошел ряд терактов в Бельгии и Люксембурге, были предотвращены взрывы в Париже и Токио. Общая обстановка в мире продолжает накаляться. Президент Соединенных Штатов…»

— А если вдруг кому ногу оторвет — так это вообще номер! Его везут, а он орет: «Где моя нога! Оставьте меня, высадите!» — представляешь? Или если живот порвало. Раньше бы сразу умер, а сейчас обычно подбираем и еще дня три живет, бедолага.

Шофер что-то говорил, радио орало, но Дина не слышала ничего — все словно проходило сквозь голову, не задевая там ни единой струнки. Ответить словоохотливому водителю она не могла: перед глазами проносились черно-белые картины — срезы уходящего кошмара. Она все еще была там, под завалом.