– Идиот! – Анин голос вдруг сорвался на визг. – Максим… Максим – терминал! И таких терминалов тысячи по всему миру… Мы понятия не имеем, что оно такое – оно… А ты ему служил! Ты на него работал!

Она швырнула о стену то, что было у нее в руке. Арсен увидел, что это мышь, обыкновенная мышь с отрезанным штекером.

– Ты тоже, – он так удивился, что даже страх немного отступил. – Ты тоже на него работала, ты…

– Идиот, – сказала Аня на этот раз тихо и безнадежно. – Мы с Толиком… То есть сперва я, а потом Толик… мы внедрились. Чтобы взорвать его изнутри.

– Ого, – сказал Арсен.

В груде своей одежды он отыскал носки. Внимательно рассмотрел один, заметил намечающуюся прореху напротив большого пальца. Сегодня утром он снял их с батареи, чистые, свежие… Это мама вывесила вчера, после стирки…

Мама. Дом. Он попытался вспомнить запах на кухне. И не смог: виделась только картинка на экране монитора.

– Так же лучше для тебя, – проникновенно сказала Аня. – Понять, что ты был не прав, когда работал на это… на него. Никто тебя не станет наказывать. Все поймут.

– А кто меня посмеет наказывать? – он сжал зубы. – Я не знаю твоего Ивана, но Максим – тот еще перец, и не только в Сети. Ты знаешь, например, что такое «вероятностный червь»?

– Я знаю, – глухо сказала Аня. – Я с самого начала знала, с чем мы имеем дело. А ты – ты знал, что оно манипулирует всем миром?

– Ну…

– Ты знал, что оно делает игры из людей? И не только… оно делает блоги из людей, оно делает из нас программы, оно нас запускает, и мы радостно ему служим… Ты все это знал?!

– Знал, – признался Арсен. – Ну и что?

Толик и Аня переглянулись.

– Цифровой, – глухо сказал Толик. – Полный отморозок.

– У него есть моя резервная копия, – сказал Арсен, приободряясь с каждым словом. – И что мне грозит? Что вы можете мне сделать? – Он торопливо натягивал носки на холодные, как ледышки, ступни. – Макс перезапишет резервный файл. И все.

«Это же бессмертие», – подумалось отстраненно, без всякой радости.