С глазами, к счастью, проблем не возникало: среди темноволосых шардиссцев попадались и голубоглазые, и с зелеными, серыми, синими, карими очами, хотя черный цвет, безусловно, доминировал. Как, впрочем, и на Земле в какой-нибудь Испании или Бразилии. Во всем остальном шардиссцы были так же подобны людям, как и прекрасные амазонки Амм Хаммата — а уж в этом-то Скиф убедился на собственном опыте! На самый придирчивый взгляд никаких диспропорций в лице или фигуре среднего обитателя Фрир Шардиса не наблюдалось; они были невысоки и на диво стройны, с оливковой, янтарно-золотистой или розово-смуглой кожей, с чуть удлиненными ушными раковинами и тонко вырезанными ноздрями. Вероятно, их критерии красоты тоже совпадали с земными, ибо спутница Скифа не могла пожаловаться на недостаток внимания: кое-кто из мужчин, да и из женщин тоже, дарил ей весьма откровенные взгляды.

«Вот с ними и пляши», — промелькнуло у Скифа в голове. Все, что он узнал о Фрир Шардисе во время вчерашнего инструктажа, и все, что можно было наблюдать сейчас в канилий, в этом роскошном подобии земного гостиничного ресторана, свидетельствовало об одном: этот фэнтриэл куда более безопасен, чем игорные заведения Монако и Лас-Вегаса, не говоря уж об амм-хамматских степях. Таким образом, его функции охранника и проводника казались не слишком сложными: он должен был платить — и только. С оплатой, к счастью, проблем не возникало, так как Шардис являлся весьма высокоразвитым миром и наличность в виде банкнотов, монет или золотых колец здесь была не в ходу. Платили с личного счета, зафиксированного в блоках многочисленных серадов — памятных машин, и самая миниатюрная из них, серад-уул, у каждого шардиссца всегда имелась при себе. Была она и у Скифа — Страж с солидной суммой, накопленной стараниями Сингапура. Завтра ему предстояло увеличить или уменьшить этот счет, смотря по тому, как распорядится Твала — местное божество судьбы. В игре в Девять Сфер, главном аттракционе Куу-Каппы, не требовались ни умение, ни особое искусство, тут все определяла удача и, разумеется, солидная сумма в памятном блоке уула, позволявшая неоднократно испытать судьбу.

— Мы сидим тут, как на похоронах, — снова начала Ксения, нервно поглаживая свои нагие плечи. Ожерелье — алмазы в платине, — обвивавшее ее шею, дрогнуло, сверкающая подвеска скрылась в ложбинке между полуобнаженных грудей, словно приглашая Скифа полюбоваться их совершенством. — Тоска и скука! Ну, доблестный защитничек, если не желаете танцевать, то хотя бы поговорите со мной! Или это тоже не в компетенции ходячего сейфа?