Картина эта была потрясающей и непривычной, но запахи оказались знакомыми. В жарком недвижном воздухе царили ароматы нагретой солнцем земли и сухих трав; Скифу чудилось, что он различает горьковатый дух полыни, нежный тонкий запах клевера или каких-то цветов, благоухание ландышей. Все это, разумеется, было чистым наваждением; сделав четыре шага и очутившись на краю террасы, он увидел, что почву покрывает трава, совсем не похожая на земную — желтая, очень короткая и густая, с резными широкими стеблями, напоминавшими пилу. Скиф сел, прочно поставил ноги на землю и, склонившись, осторожно коснулся ярко-желтого покрова. Трава была мягкой, как птичий пух.

— Степь, — с недоумением пробормотал Сарагоса, — степь… Обычная равнина, только желтая…

— Обычная? Посмотри туда, дорогой! — Джамаль стащил каску и вытянул обе руки вдаль, где полагалось быть горизонту. Скиф и Сарагоса с Сийей тоже освободились от шлемов — зрелище стоило того, чтоб приглядеться к нему повнимательней.

— Там — гора, — произнес Сарагоса, наморщив лоб. — Странная гора… Похожа на кольцевой вал, но без вершины… Ах, дьявол! — брови его в изумлении полезли вверх, а рука потянулась за трубкой. — Мы же внутрь попали! Конечно, все так и должно выглядеть! Нет горизонта, а воздух на расстоянии теряет прозрачность… Отсюда эта дымка… Сколько же до нее? Километров сто?

— Тут расстояния не километрами измеряются, — наставительно произнес Джамаль. — Диаметр сферы сопоставим с орбитой Земли. Может, чуть поменьше или побольше, но на поезде ее не объедешь и на самолете не облетишь. Простор, вах! — Он раскинул руки и блаженно потянулся, подставив лицо солнечным лучам. Светило здесь оказалось не желтым, как на Земле, и не оранжевым, как в Амм Хаммате, но алым; его яркий свет был непривычен после блужданий в сером лабиринте, однако зловещих ассоциаций не вызывал.

Кругом царило безлюдье — ни насекомых, ни птиц, ни живых созданий о двух, четырех или шести ногах, никакого движения и никаких объектов, напоминающих воздушные или наземные экипажи. Сарагоса, не выпуская трубки, вытащил бинокль, оглядел алые небеса и желтые травы, хмыкнул и сошел с низкого поребрика террасы на землю.

— Отойдем немного, оглядимся, — пробормотал он. Они двинулись в степь. Сийя шла рядом со Скифом; ее локоны рассыпались по плечам, в глазах застыло странное выражение, смесь восторга и настороженности, розово-смуглые щеки чуть побледнели. Скиф не сводил с нее глаз. Она улыбнулась ему, сказала:

— И у демонов есть солнце, светловолосый. Хорошее, теплое… Много солнца, много земли… Я уже думала, что Безмолвные покарали ару-интанов, заточив навсегда в серых подземельях! Или этот мир им не принадлежит? — Она оглянулась, тряхнув пепельными кудрями. — Здесь никого нет… и ничего… только травы и эта зеленая крепость с колоннами… И солнце…