Сийя упрямо выпятила подбородок, и Скиф подумал, что в гневе она чудо как хороша.

— Будь ты хоть трижды его воеводой, Сар'Агосса, он принадлежит мне! Мне и только мне!

— А почему? — спросил Сарагоса, явно забавляясь.

— Потому что мужчину и женщину соединяют боги, а твоя власть — власть военачальника — от людей! Клянусь Небесным Вихрем, ты уже немолод, а не понимаешь такие простые вещи! Воистину боги не даровали мудрости мужчинам, наделив ею одних женщин. Ты такой же, как наши предки-синдорцы с восточного берега Петляющей реки! Не видишь очевидного, споришь о пустом! Несмышленый кафал!

Последнее оскорбление заставило Сарагосу подавиться дымом; он откашлялся и раскрыл рот. Что-то будет! — подумал Скиф, с интересом наблюдая, как Любовь тягается с Властью из-за его персоны. Пал Нилыч родился в двадцатом веке, в середине пятидесятых годов, и был, несомненно, подвержен всем ошибкам и заблуждениям светлого прошлого. Таким образом, Скиф следил сейчас за противоборством двух идеологий: времен матриархата и эпохи развитого социализма. Впрочем, и западная демократия, бывшая изобретением мужчин, ставила во главу угла Власть и Долг, но не Любовь.

Начавшийся спор прервал звездный странник. Постучав по перегородке рукоятью ножа (хрустальный материал отозвался протяжным звоном), Джамаль произнес:

— Нам повезло, мои дорогие. Сильно повезло! Наше зеленое окошко открылось тут, — он махнул клинком за спиной, обозначив полости и камеры наружного кольца, — а могло привести нас туда, внутрь! Глядите, в каждой непрозрачной стене — шесть, семь или восемь врат, значит, всего их сотни. А снаружи мы насчитали только три десятка.

— Ну и что сие значит? — спросил Пал Нилыч, отворачиваясь от Сийи и ожесточенно пыхтя трубкой. Девушка, с видом победительницы в споре, взяла Скифа за руку и оттолкнула подальше от двери.

Джамаль в задумчивости окинул взглядом всех троих.

— Получается, Нилыч, что кто-то приходит снаружи, а кто-то — изнутри… И тех, кто попадает прямо в рощу, больше. Им не нужны ни комнаты, ни бассейны, ни матрасы, что висят в воздухе, — ничего! Только это, — он опять постучал по стеклу черенком ножа.

— Хмм… Забавная мысль… А дальше что?

— А дальше я предложил бы понаблюдать. Вдруг кто заявится! То ли снаружи, то ли изнутри… Но глядеть лучше сверху, — Джамаль показал взглядом на купол. — Тут роща культурная, не дикая, как в Амм Хаммате; деревья растут негусто, и с крыши мы рассмотрим, что под ними творится. Нас четверо, будем наблюдать со всех четырех сторон… вдруг и поймаем генерала! — он подмигнул Скифу.