Впереди, в конце светового коридора замаячило окно, сквозь которое угадывались очертания интерьера жилища Шамира. Максим заставил себя двигаться быстрее и вскоре буквально нырнул в открытый портал, не забыв о защитном поле медиума. Пришлось активировать потенциал на максимум и «предъявить» его в качестве пропуска, чтобы не превратиться в кучу углей.

Хозяина дома юноша увидел сразу же — медиум стоял прямо напротив только что закрывшегося пространственно-временного разрыва и держал за лезвие нож, готовый запустить его в незваного гостя.

— Кто ты такой и как миновал барьер?! — угрожающе воскликнул Шамир.

Максим опешил, тут же подняв руки и продемонстрировав, что безоружен. В первые секунды он не понял, почему медиум задает ему эти странные вопросы, и лишь потом осознал, в каком облике явился сюда.

— Короткая же у вас память на собутыльников по «синему пойлу»… — нервно выдавил юноша. Шамир недоверчиво прищурился.

— Максим? — спросил он, тут же окинув гостя взглядом медиума и уверившись в правильности своей догадки, — это… ваш настоящий облик?

Юноша, наконец, опустил руки, поняв, что опасности нет, и криво ухмыльнулся.

— Нет, это очередной прототип прототипа Эмиля. Обычное дело для нашей ситуации, — саркастично отозвался он. Шамир нахмурился, похоже, совершенно не оценив юмор, и Максим поспешил пояснить, — ну, разумеется, это настоящий облик. Какой же еще? Как будто у меня богатый выбор!

Мужчина — на этот раз оказавшийся выше Максима почти на голову — окончательно расслабился и отложил нож на стол.

— Простите мне это недоразумение. Я не думал, что вы выглядите так. Вы совсем не похожи на Эмиля Моргана.

Юноша не успел вздохнуть с облегчением, равно как и вдохновиться словами собеседника — тревожные мысли вновь нахлынули на него. Он понял, что не чувствует в доме больше ничьего присутствия…

— Шамир, а где Сабина? — помрачнев, спросил Максим, боясь даже предположить, что могло приключиться с молодой женщиной.

По лицу хозяина дома пробежала заметная тень, горечь поселилась в глубине его глаз. Шамир виновато посмотрел на гостя и сокрушенно произнес.

— Она… ушла.

Два коротких слова прозвучали для Максима приговором. Юноша буквально почувствовал, как краска отхлынула от его лица.

— В каком смысле? — переспросил он предательски севшим голосом.

Шамир тяжело вздохнул и присел на край стола, устало потерев руками лицо. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы суметь заговорить с гостем.

— В прямом, Максим. Она покинула мой дом. По собственной воле.