Это были не просто обзорные экзамены, а глубокое тестирование по региональной выборке, на предмет выявления перспективных детей для учебы в какой-то школе для одаренных подростков в Саратове. После этого он перестал даже нам рассказывать, что накопал. В Мурманске мы пробыли буквально пару часов, отметились в местном отделении Департамента и вернулись в Питер. Пришло сообщение, что вылет задерживается на неопределенное время, и мы решили пройтись по городу. Сербин был мрачен и молчалив.

Потом Гриша на Литейном проспекте закрыл нас своим телом от очереди, выпущенной средь бела дня из окна проезжающей машины. Нас попросили задержаться, чтобы дать показания. Когда мы узнали, что тело Гриши пропало из морга, Сергей Викторович что-то заподозрил, и мы немного злоупотребили гостеприимством полиции. В общем, нас объявили в розыск, то ли как подозреваемых, то ли свидетелей, и началась наша беготня по городу, поскольку даже тупой бы сообразил, что это не розыск, а охота, и живыми нас брать не собираются.

И лишь когда мы затаились ночью в котельной где-то на окраине, Сербин рассказал мне, что это за школа. Точнее, одна из школ, в которых начали воспитывать будущую элиту. Малейший интерес к этим школам со стороны лиц, не уполномоченных такой интерес проявлять, сразу же вызывал у некоторых служб интерес к этим лицам. Последствия для не в меру любопытных могли быть весьма неприятными. У меритократов большие связи и длинные руки, в случае победы своей партии именно из числа выпускников собирались выбирать наследника. Государь, по слухам, благосклонен к этому проекту, хотя эредиатики изо всех сил кадят ему, уговаривая создать династию, усыновив кого-либо из племянников. На что Александр Владимирович будто бы сказал, что судьба страны важнее интересов родни.

Ставки в этих играх высоки. Большие начальники и богатеи за вакантное место в эти школы предлагают сумасшедшие деньги, но многоступенчатые испытания отсеивают алчных, карьерных, нездоровых, неумных или неудачливых. А вот в Мурманске сын местного градоначальника показал отличные результаты, хотя до этого особо не выделялся среди сверстников. Его листы и оказались под подозрением.

По пути в Петергоф мы узнали, что наш Защитник хоть и не в штате, но после стажировки рассчитывает попасть в списочный состав. И что его дальний родственник Трофим Николаевич был против, советовал остаться в армии и не идти на службу в Департамент, обещая лично руки-ноги переломать, потому что молод еще для столь ответственного служения. Но, ха-ха, переломать не успел, а теперь вот возится с клубникой на даче и шлет всем, кто его помнит, привет и пожелание быть поближе к буфету и подальше от кабинетов.