— Ты знаешь, что, если бы история не изменилась, в этом году мы бы праздновали свой медовый месяц?
— Откуда ты знаешь?
— Графиня Сабина, медиум Пальмерстона.
— Я должна тебе пощечину за то, что ты разорвал нашу помолвку.
— Мне очень жаль.
— Я знаю. Как ты думаешь, мы были бы счастливой семейной парой?
— Да.
Он замолчал на мгновение, потом начал:
— Изабель, я... я...
Она терпеливо ждала, пока он пытался подобрать слова.
— Мне настолько жаль, что я едва держусь, — наконец выговорил он сломанным голосом. — Я все сделал неправильно. Все! Я не должен был принимать предложение короля. Но я откровенно запаниковал. Спик уничтожил и мою карьеру, и мою репутацию. Он пустил себе пулю в голову, а люди сказали, что виноват я!
— И именно тогда Пальмерстон бросил тебе спасательный трос.
— Да, но я не уверен, что, даже в моем плачевном положении, принял бы его предложение, если бы в ночь перед нашей встречей на меня не напал Джек-Попрыгунчик.
— Дик, что сделано, то сделано. Ты сожалеешь о своем решении, но можешь ли ты винить себя? Тогда ты был в экстраординарных обстоятельствах. Мы любим обманывать самих себя и думать, что мы независимы и на наши решения ничто не влияет; однако горькая правда состоит в том, что мы всегда действуем под влиянием событий.
Бёртон с размаху ударил правым кулаком по левой ладони.
— Да! Совершенно точно. Я принимал решения исходя из обстановки. Но правильно ли я понимал, что делаю? Начиная с появления Джека-Попрыгунчика я чувствую себя так, как если бы вообще не управляю событиями, они ускользают от меня. Сейчас происходит то, что никогда не случалось за всю долгую историю человечества — и слишком много! И слишком сбивает с толку! Бисмалла! Я чувствую, как время кружится вокруг меня, слышу его нестройный гул. Но....
Бёртон остановился, поднял руку к голове и помассировал череп, как если бы хотел освободить застрявшую мысль.
— Но что?
— Я чувствую, что время, оно... оно как язык! Черт побери, Изабель! Я знаю более тридцати языков! Почему этот ускользает от меня? Почему я не понимаю его?
Лунный свет на мгновение отразился от глаз Бёртона, и Изабель увидела в них ту же муку, что и Суинбёрн несколькими минутами назад.