– Ты уже говорил мне об этом еще тогда, на Гленгарри. Что изменилось теперь?

Нагнувшись, Алекс поднял с земли камень, лежащий около валуна, на котором они сидели. Это был горный хрусталь, и его естественные грани, поймав лучи оранжевого солнца Каледонии, засверкали.

– Мне было необходимо, Кейт, понять, на что я, Алекс Карлайл, способен в этой жизни, независимо от титула, ранга или от того, что я единственный сын самого прославленного Грейсона Карлайла. Я должен был разобраться в том, что я не плыву по определенному мне другими течению, не живу как робот, выполняющий чужие приказы, как этот несчастный Лейтнер. Мне нужно было понять, что я, пусть это звучит несколько нескромно, всегда действую на стороне тех, кто борется за справедливость. В этом и есть отличие от того, о чем мы говорили на Гленгарри. – Алекс бросил камень в пропасть, и он ярко вспыхнул на солнце, прежде чем упасть в бездну. – В противном случае все, что я сделал… все, за что умирали такие, как Дэвис Клей, все напрасно, понимаешь?

Кейтлин потянулась к Алексу, обняла его и страстно поцеловала. Он расслабился в ее объятиях, ощущая манящую теплоту ее тела.

– Послушай, Кейт, – сказал он смущенно немного погодя. – Мы не можем сейчас заняться любовью. Я очень устал и вряд ли смогу…

– Тогда тебе просто необходимо вздремнуть, – прошептала она ему на ухо. – Прямо здесь.

Он почувствовал, как ее руки проворно расстегивают крючки и застежки на его одежде.

–Но…

– Ложись, я помогу тебе…

На этот раз у них не было с собой одеяла, но их одежда могла прекрасно служить подстилкой, чтобы острые камни не впивались в тело. Вскоре их объятия стали такими пылкими и страстными, что даже многочасовая усталость Алекса не могла помешать ему наслаждаться радостью обладания любимой женщиной.

Ни Алекс, ни Кейт не заметили скрытой камеры «Шпионский глаз» модели RX-30, которая уставилась на них с ветвей дерева, стоящего метрах в десяти от места, где они устроились…

* * *

«О детка, детка, детка!..»

Слова популярной песенки прозвучали несколько фальшиво в исполнении низкого, мурлыкающего голоса, в котором слышалось едва сдерживаемое вожделение.

Джордж Сидней Гротон был техом. Родом он был с Гленгарри и вступил в Легион меньше года назад. Хотя его обязанности теха обычно заключались в ремонте боевых роботов и он почти все время находился в отсеке, где они хранились, но его опыт и высокая квалификация работы с электронной аппаратурой иногда позволяли ему покинуть этот чертов отсек и посидеть за компьютером или комплектом электронного оборудования. Вот почему сейчас Гротон находился в командном центре Цитадели, работая с информацией, поступающей от скрытых камер модели RX-30.