– Ты – единственная прихоть у меня, – сказал он.

– Ну, спасибо тебе, Бартон. Ни один мужчина ни разу не говорил мне ничего настолько приятного! – Ларк хитро улыбнулась. – Но ведь ты еще не побывал на Парадизе. Ты мог бы найти там развлечения, по сравнению с которыми я бледнею.

– Сомневаюсь.

– Подожди, – пообещала она. – Мне никогда не надоедает эта планета. Все, чего ты пожелаешь, чего действительно хочешь в глубине души, – все твое. Об этом всегда узнают, а потом дают тебе.

И снова Кинсолвинг передернулся при мысли о том, что он находится под постоянным наблюдением.

– Давай осмотримся, – предложил он.

Бартон отодвинул тарелку. Он съел мало вкусной еды, но нашел, что сыт. Такой волшебный продукт принес бы биллионы на коммерческом рынке. У звездных кораблей мало места для груза, но там часто требуется большое количество пищи и воды для команды и пассажиров. Если уменьшить запасы съестного, это даст возможность строить более крупные машины и с большей скоростью.

Инженер печально покачал головой. Если даже увеличить скорость земных звездных судов на пятьдесят процентов, они все же будут просто улитками по сравнению с кораблями инопланетян, те пользуются совершенно иными двигателями, иной математикой для вычисления скорости света, а делиться своими секретами с людьми отказываются.

Иногда в глубине души Кинсолвинг и сам удивлялся, почему он выступает против ММ, председателя Фремонта и других. Ведь население чуждых планет действительно обращается с Землей, как со второразрядным миром. Они действительно смеются над людьми из-за того, что те так мало цивилизованны.

Но Кинсолвинг видел среди чужаков благородство. Они не заслуживают того, чтобы их ликвидировать. Ни одному человеку, ни одной компании, ни одной расе не следует позволять уничтожать целые миры. План Звездной Смерти вызывает к жизни геноцид, а не сотрудничество. Извращенные умы, убежденные в необходимости Плана, отказывались понимать, что земное человечество только недавно присоединилось к летающим на звезды существам. Тяжелая работа, завоевание доверия, усовершенствования во всех областях – вот что является входным кодом ко вселенной инопланетян, а не смерть и массовые разрушениям. Тот профессор, который больше всех повлиял на Кинсолвинга в колледже, профессор Дельгадо, был убежден, что в один прекрасный день человечество будет принято как ровня.

Кинсолвинг в это верил.

– Ты выглядишь отсутствующим, Бартон. Ты что, заболел? Иногда воздух на Почти Парадизе меняют, чтобы он подходил другим расам. Почему, я не могу сказать, но это так.