– Как мне встретиться с послом Треки? – спросил он.

– Он проходит курс акклиматизационной терапии, чтобы подготовиться к встречам на поверхности планеты, – ответила Шида. – Вероятно, будет грубым вмешательством, если представить ему гуманоида.

– Но вы это сделаете?

Он заметил, как сильные эмоции пробегают по липу Шиды, когда она борется с этой моральной проблемой.

– Мне поручено доставлять вам удовольствие, но при этом я не могу приносить неудовольствие другим.

– Проводите меня в Королевский отель. Больше ничего, Всю ответственность несу я.

Кинсолвинг снова посмотрел на Ларк, которая совсем забыла о нем. Она и двое мужчин уселись на мягкий диванчик. Кинсолвинг не мог бы сказать, что они делают, но вот в воздухе махнула стройная обнаженная нога, принадлежащая Ларк.

– Если таково ваше желание, я это сделаю.

Они шли по завешанным предметами искусства коридорам, пока Кинсолвинг не заблудился в этом сложном лабиринте. Казалось, через каждые несколько метров к главному холлу под странным углом выходит следующий соединительный коридорчик. Изогнутость помещения станции увеличивала его растерянность, и Кинсолвинг вынужден был положиться на инстинкты Шиды.

Внезапно она остановилась. Шида слегка нахмурилась.

– Здесь, – сказала она. – Дверь с выгравированными платиной знаками. Треканианский посол там.

– Спасибо. Вам нет необходимости ждать, разве что вы сами этого захотите.

Кинсолвинг и сам не знал, хочет ли он, чтобы Шида его подождала, или нет. Одна его половина умоляла ее согласиться и молчаливо его поддержать. Другая же предостерегала, что Шиду могут ждать крупные неприятности, если его непредусмотренная встреча не закончится по-хорошему.

– Я лучше пойду, – сказала Шида. В этот момент она и выглядела, и говорила, совсем как Ала Марккен. Комок встал у Кинсолвинга в горле. Он коротко кивнул и расстался с ней в середине коридора.

Бартон стоял перед украшенной платиной дверью, почти прикоснувшись к оповестительному устройству. Каждая секунда пойдет в счет, если треканианец позволит поговорить с ним. Кинсолвинг понятия не имел, как тот отзовется на его историю, а главное – будет ли посол его слушать. Кинсолвинг тяжело сглотнул. Он мало знал о Треке и полагался только на позицию этого чужака. Любой, кого сделали послом, должен уметь контактировать с представителями других планет.

Кинсолвинг опасался, что инопланетянин немедленно вызовет ллоров, чтобы они вернули его на планету-тюрьму. Он сознавал риск и вынужден был на него пойти. Если предостеречь инопланетян, рассказав о Плане, это перевесит все личные соображения. Не мог он допустить, чтобы биллионы разумных существ погибли из-за фанатизма.